Двери закрываются

В Татарстане первое сентября для очень многих студентов станет днем закрытых дверей. За лето Минобразования республики совместно с прокуратурой провело массовую проверку филиалов и представительств различных вузов. В результате большинство из этих учебных заведений перестало существовать

Федор Лобанов поделиться:
3 сентября 2008
размер текста: aaa
Перед 1-м сентября оказалось, что многим студентам некуда идти учиться

Не как специалист, а как родитель я понимаю: обидно бы было, если бы мой ребенок вот так вляпался, — комментирует происходящее на условиях анонимности один из сотрудников Минобразования Татарстана. — Столько денег платить, а потом раз — и закрыли учреждение, иди куда хочешь. Но это все не по нашей инициативе. Это идет из Москвы, все было сказано с высоких трибун, мы только исполняем. Что нам говорят, то и делаем».

Весной этого года Андрей Фурсенко в очередной раз заявил, что качество образования в филиалах и представительствах вузов очень низкое и что планируется сокращение этих учебных заведений по всей стране. Так началась кампания по ликвидации «некачест­венных» мест учебы. Татарстан в этой кампании вышел в лидеры.

«На момент проверки на территории Республики Татарстан дейст­вовало порядка 24 вузов, 40 филиалов и 120 представительств различных вузов, — рассказывает Валерий Посадов, прокурор отдела по надзору за исполнением законов, касающихся несовершеннолетних граждан и молодежи прокуратуры рес­публики. — По окончании проверки количество представительств снизилось до 32, число филиалов тоже значительно сократилось».

По словам Посадова, закрывались они по двум совершенно различным причинам.

Представительства вузов до недавнего времени были наделены полномочиями промежуточной аттестации: они могли проводить зачеты, экзамены и консультировать студентов при условии, что в этом будут принимать участие преподаватели из головных вузов. Однако 14 февраля этого года закон был изменен, и представительствам оставили лишь одну — рекламную — функцию. А чтобы рекламировать вуз, достаточно повесить обычный рекламный плакат и нет смысла держать целый штат сотрудников. Поэтому вузы стали сами их закрывать.

«Представительства по своей форме и структуре были очень удобны для вузов: их деятельность не нужно было лицензировать, в отличие от самого вуза и его филиалов, — поясняет Валерий Посадов. — За представительством закреплялось проведение промежуточных аттестаций, но по сути эта деятельность подменялась обычным образовательным процессом. Это было прямым выкачиванием денег при почти нулевых затратах. Вуз вкладывал минимум материальных средств и человеческих ресурсов — естест­венно, в представительства в глубинках никто из преподавателей головных вузов и не думал приезжать, брали местных учителей из школ».

Что касается филиалов, то их закрытие произошло из-за того, что в результате проверок их деятельности было выявлено большое количество нарушений: и несоблюдение правил противопожарной безопасности и санитарно-эпиде­мио­логи­ческих требований, и невыполнение лицензионных требований. «Против самих филиалов мы ничего не имеем, и нельзя считать, что филиал — это плохо само по себе, — пояснил представитель прокуратуры Республики Татарстан. — Мы боремся не с филиалами вообще, а с теми из них, которые работают недобросовестно». Как оказалось, таковых большинство.

Как реагируют на подобную «образовательную зачистку» преподаватели и студенты?

Наиболее разветвленной сетью представительств в Татарстане до недавнего времени располагал Институт социальных и гуманитарных знаний (ИСГЗ). Все пять представительств вуза были закрыты. В связи с этим проректор вуза Румин Акбашев выразил свое возмущение, публично высказывая недовольство деятельностью правительства, — его слова цитировали в прессе. Ректор института Николай Пономарев вначале и вовсе не хотел давать никаких комментариев. Когда же он все-таки решился ответить на вопросы «РР», оказалось, что ректор полностью поддерживает политику закрытия представительств. По его словам, как студенты, так и преподаватели отреагировали на их сокращение спокойно и с пониманием. «Конечно, будут жертвы, не все поступят в головной вуз и так далее, — говорит Пономарев, — но раз правительство так решило, наше дело — исполнять принятое решение».

Другим громким событием стало закрытие филиала Московского государственного университета экономики, статистики и информатики (МЭСИ) в Казани. Впрочем, как оказалось, формально филиал не закрыли, он просто не подал документы на новую аттестацию, когда в июле этого года у него закончилась предыдущая. Причиной тому стал скандал с так называемым раздвоением МЭСИ. На территории города помимо филиала МЭСИ действовал еще и Казанский институт МЭСИ (КИМЭСИ). КИМЭСИ не был аккредитован, считался учебным центром, но при этом выдавал дипломы МЭСИ — делалось это на взаимовыгодных условиях. Когда начались проверки, филиал МЭСИ отказался от какой-либо связи с КИМЭСИ, а директор филиала просто уволился.

Студенты, которые должны первого сентября прийти на лекции, до сих пор находятся в неведении относительно своей судьбы. «Мы ничего не знаем, нам говорят: подождите, а по сути ничего не говорят», — рассказывает Лиля, одна из студенток института. «Я уже окончил институт, должен только получить диплом, но не знаю, дадут ли его теперь вообще», — сокрушается выпускник МЭСИ Тимур.

Но если у филиала МЭСИ еще есть шанс возобновить работу, множество других представительств и филиалов закрылось навсегда. Куда идти «бесхозным» теперь студентам — не совсем понятно. По логике Мин­образования филиальных студентов должны принять головные вузы или другие крупные институты схожей специализации. Однако на практике осуществить это непросто.

Минобразования республики на вопрос, куда деть студентов, также не нашло ответа: в течение трех дней корреспондент «РР» пытался связаться с каким-либо чиновником, отвечающим за закрытие филиалов и представительств вузов, но безуспешно. «Все руководство разъехалось по республике, мы сами не можем бумаги подписать, руководства просто нету, — сообщила пресс-секретарь министерства Аида Хусаинова. — А мы мелкие сошки, ничего не знаем. Специалисты в отпуске, они имеют право отдохнуть. В том отделе, который вам должен ответить, — в нем никого сейчас нет. Замминистра на конференцию уехал». Рассказать о том, как работает горячая линия министерства — телефон, по которому студенты могут посоветоваться со специалистом о том, что делать, если их вуз закрыли, — в пресс-службе также не смогли, а сотрудники горячей линии оказались в отпуске.

«То, что бывших студентов филиалов не возьмут в другие крупные вузы просто так, — это точно, — говорит Альберт, преподаватель одного из крупных вузов Казани. — Что делать со студентами — непонятно. Если бы правительство не рубило сплеча, то им можно было бы дать доучиться, одновременно прекратив прием новых студентов. Но кто будет этим заниматься? Доходов это уже не приносит, а директорам филиалов неинтересно заниматься такой деятельностью бесплатно. Головные вузы должны это понимать. А вузы, не имеющие отношения к филиалам, такие как Казанский государственный университет или Казанский финан­со­во-эконо­ми­­чес­кий институт, скажут: на каких основаниях мы должны их брать? У нас прием закончен, всех набрали под завязку. На какие места мы их посадим? Аудиторного фонда не хватит — и будут страдать в итоге сами студенты».

Сокращение филиалов и представительств вузов в Татарстане — начало большой кампании по всей стране. Очень скоро из сотен российских учебных заведений останется не больше двухсот. Задача реформы — улучшение качества образования. Но пока результатом ее стала лишь толпа неприкаянных студентов и лишившихся работы преподавателей в самом начале нового учебного года.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение