Образ мертвого партизана [ 7 ]
Пошли мы с подругой в галерею «Дом Нащокина» на выставку, посвященную Че Геваре. В зале перед телевизором в скорбном молчании сидела на кожаных диванах общественность. Она была охвачена общим порывом — стремлением приобщиться к биографии романтического бунтаря
Мы втиснулись на диван между худым взволнованным подростком и женщиной с красной сумкой. Стояла напряженная тишина.
У Че не биография, а житие. Первое его слово — «укол»:
Моя подруга Гусева вышла ответить на звонок. Женщины в очках посмотрели на нее с осуждением.
Как известно, раненого Че расстреляли в плену. А когда его тело перевозили на вертолете, потоком воздуха ему открыло глаза, и закрыть их было уже невозможно. Выглядел он — улыбающийся, с нечесаной бородой, израненный — как живой. Чем не воскресение?
Взволнованный юноша рядом со мной даже дышать перестал. Я думала, его инфаркт хватит. Одна из женщин торжественно промокнула глаза под очками.
Че считал, что и мертвый партизан борется за свободу — одним своим образом. Такого себя он и хотел нам завещать.
И я подумала: что происходит в этом зале? Мы сидели, спаянные воедино молчанием и уважением. Было в этом
Одна Гусева выбивалась из общей картины — то нетерпеливо хлопала себя по коленям, то по телефону поздравляла тетю с днем рождения. Правда, на самой выставке Гусева проявила себя получше: она детально изучила женщин Че Гевары. Жены ее не вдохновили, но романтическая партизанка Таня запала в душу. «Ее зверски замучили!» — удовлетворенно сообщила Гусева, ползая на четвереньках под микроскопическим текстом в конце экспозиции.
Гевара — новый Христос. Пришел в мир, принял мученическую смерть. Крестьяне боливийского села Кочабамба ему даже молятся: «Бедненький Че, сделай так, чтоб моя корова выздоровела!»
Кубе после победы он уже был на фиг не нужен. Его назначали министром то сельского хозяйства, то промышленности — и везде он чудил: ввел закон не спать с секретаршами, потому что в этом нет страсти, трудом добровольным своим всех задолбал — ну не хотела зарождающаяся кубинская бюрократия таскать тачки! Услали его в ссылку послом мира, так он и там отмочил — выступил с крамольной речью, что соцстраны должны содержать братские революции. Биография Че Гевары — это биография святого идиота.
Он страшно боролся со всеми видами коммерции, никогда не ступал на красные дорожки и не надевал смокинг. Но единственное, чего он добился, — чистоты бренда. То, что вчера было искренностью, сегодня стало стопроцентностью.
Снимок «Героический партизан», где Че в берете со звездой, сделанный Альберто Корда, и плакат, который из него сделал Джим Фицпатрик, — самые растиражированные образы в мире. А поскольку оба автора — тоже романтические лохи и не оформили копирайт, то всю прибыль от сувенирного Че получают другие.
А Че сегодня обаятелен — потому что совершенно безопасен. Все леворадикальное и революционное давно стало коммерческим продуктом, аппликацией на футболке. Империализм, с которым боролся пламенный революционер, успешно его переварил.
— Магнитик не хотите? — спросила
И я купила магнитик. Прикрепила его на холодильник между амстердамским домиком и альпийской коровой. Ну, потому что сегодня его место — там. Время такое. И мы такие.
Фото: Митя Гурин; иллюстрация: Варвара Аляй
