Улан-Батор [ 1 ]
Павел Бурмистров
Монгольская столица — уникальное место, где можно своими глазами увидеть живое переплетение двух тысячелетиями враждовавших миров: оседлого и кочевого
Уже в 10 минутах от центра города Улан-Батор превращается в стан кочевников
Фото: barry lewis/Corbis/fotosa.ru
Улан-Батор — единственная в мире столица государства кочевников. Вернее, по сути, единственный город кочевников, потому что остальные немногочисленные города Монголии похожи скорее на большие поселки. В центре города — площадь Сухэ-Батора, вторая по величине городская площадь мира. Иначе и быть не могло — сердцем Монголии может быть только пространство, поражающее широтою размаха. Даже конный памятник освободителю монгольского народа совершенно теряется на фоне площади.
Вокруг площади — центр: там в основном учреждения. Здания подчас причудливо сочетают в себе черты сталинского ампира и традиционной китайской архитектуры. С запада на восток через центр тянется бесконечная улица Мира — калейдоскоп советских, китайских, западных и местных реалий и картинок. Здесь и памятник Ленину с монгольским национальным узором на постаменте; и реклама крупнейших мировых торговых брендов вроде L’Oreal, выполненная красками на деревянных заборах; и буддистские монахи, болтающие по мобильникам; и стилизованные юрты у входа в ЦУМ; и портреты американских суперзвезд вроде Бритни или Шакиры на вывесках местных баров; и люди в тапочках за специальными стойками, предлагающие вам прямо с тротуара позвонить куда-нибудь со стационарного телефона.
Но все это вдоль центральной улицы. Стоит отойти от площади Сухэ-Батора на север или на юг, как буквально через 10 минут понимаешь, что такое город кочевников — утыкаешься в целые кварталы самых настоящих юрт. Здесь нет ни улиц, ни номеров домов, ни самих домов — только белые юрты за деревянными заборами вдоль неасфальтированных тропинок, по которым дети гоняют ободья велосипедных колес. Тут же, над городом, лысый холм со священным обо — грудой камней, знакомой россиянам по старой рекламе «Банка Империал»: «Но остались камни…»
Монголия — страна, которой неведома американская мечта о «большом городе» или российская — о столичной прописке. Потому что стать столичным жителем здесь может каждый: погрузил юрту на машину, перевез в Улан-Батор, поставил, огородил заборчиком и зарегистрировался. Только воздух тут хуже и пастбищ нет, так что меняют степь на столицу немногие. Людям здесь важен простор, да и не только им — даже будки для собак в Монголии бывают такого размера, что позавидовал бы любой бомбейский бедняк.
Люди в Улан-Баторе поражают сочетанием добродушия, радушия и невозмутимости. Особенно заметен контраст, если добираться сюда через родственную монголам российскую Бурятию. Специальный бонус для российских туристов: в городе трудно найти человека, который на вполне сносном русском языке не ответил бы на интересующий вас вопрос. В крайнем случае вам ответят по-английски. Ни одна страна Восточной Азии не зашла в изучении иностранных языков так далеко.
Как добраться
Прямым поездом из Москвы, Владимира, Нижнего, Перми, Екатеринбурга и крупных сибирских городов на Транссибе. Можно и на самолете. Или на машине: шоссе со стороны Бурятии до Улан-Батора — единственная нормальная автодорога в Монголии.
Где поесть
В Улан-Баторе много дешевых и вкусных китайских ресторанчиков. Ну а если потянет на что-то попривычнее — есть настоящий украинский ресторан «Корчма». За аутентичность отвечает лично владелец — последний советский торгпред в Монголии Сергей Васильевич Опанасенко.
Окрестности
Гора Зайсан — лучшая смотровая площадка и пример глобального культурного синкретизма. В центре композиции — памятник советским воинам, павшим в 1939 году в боях на реке Халхин-Гол. Левее — золотой Будда, поставленный здесь на деньги корейских меценатов. Правее — выложенное белыми камнями циклопическое изображение Чингисхана.
