--

Пять дней во власти

Первая неделя мэра-новичка, не вписанного в вертикаль власти

Власть для россиян по определению источник зла. Попав в «органы», нормальный человек становится уважаемым изгоем. Недавно мэром города Качканар Свердловской области стал наш знакомый — горнолыжник Сергей Набоких. Он — директор и тренер местной спортивной школы, человек в здоровом теле, с чистой совестью и крепчайшими нервами. Качканар — классический моногород. Четверть трудоспособного населения работает на горно-обогатительном комбинате «Ванадий», чьи директора всегда являлись фактическими хозяевами города. Когда готовился этот репортаж, наблюдатели уже делали ставки — сколько времени понадобится бюрократической машине, чтобы сломать «не своего». С тех пор прошло полгода. Набоких пока в кресле, но в январе контролируемая «Ванадием» гордума, скорее всего, его низложит. Причина банальна: мэр отказался предоставлять налоговые льготы и без того небедствующему ГОКу. Но, чем бы ни закончилась эта история, те пять дней, которые корреспондент «РР» проработал с мэром-новичком, полностью перевернули его представления о власти, стране и ее перспективах

Владимир Антипин поделиться:
22 декабря 2009, №49 (128)
размер текста: aaa
Дополнительные материалы

День первый 

Паспорт вам больше не нужен

В первый же день работы на стол Набоких легли два заявления об увольнении. От заместителей по экономике и жилищно-коммунальному хозяйству. Еще вчера мэр был бы этому даже рад: экономический блок он планировал отдать знакомому «варягу», но «варяг», ознакомившись с ситуацией, наотрез отказался. Через несколько дней Набоких поймет почему.

По закону о муниципальной службе на освободившиеся должности мэр обязан провести конкурс. Участвовать в нем будут все городские сумасшедшие. Эта бестолковая формальность отнимет у чиновника несколько дней и тысячи нервных клеток. Пока же обязанности зама по экономике исполняет начальник отдела нормативного регулирования и контроля в сфере размещения муниципального заказа. Он и вводит нового мэра в курс административных дел:

— Прокуратура научилась пользоваться интернетом. Теперь шерстит сайт администрации Качканара, а именно раздел, посвященный муниципальным конкурсам. У них установка на борьбу с коррупцией. Вот и ищут, кого бы посадить в рамках новых веяний из Москвы. Во всех соседних городах коррупционеров уже нашли, а в Качканаре недоработка. Говорят, начальство сильно нашего прокурора за это ругает.

Прокуратура находится в одном здании с мэрией, здесь же и городской суд. Так что условия для борьбы с коррупцией в Качканаре созданы практически идеальные.

Первое селекторное совещание: селектор проходит ежедневно в половине десятого утра, на нем главе рассказывают обо всех происшествиях на территории города. Сегодня ЧП всего одно: компания «Свердловские коммунальные сис­темы» (СКС) безо всякого предупреждения отключила электричество в многоэтажных домах. Так энергетики борются с должниками. Десятки людей застряли в обесточенных лифтах, остальные не могут смотреть телевизор и задумываются о том, о чем не надо. Сергей Набоких тяжело вздыхает:

— По расчетам СКС долг населения — 156 миллионов рублей. По данным управляющих компаний — 51 миллион. У меня есть непреодолимое желание начать работу с другим поставщиком услуг. Пока мы не уйдем из-под СКС, мы так и будем сидеть на крючке: город богатый, отсюда можно деньги тянуть. Но соскочить с этого крючка не так-то просто.

После селектора мэр спускается на экскурсию в отдел экономики. Увольняющийся зам Ольга Аверина достает несколько увесистых папок.

— Это городской бюджет за прошлый год и часть документации на 2009-й. Плюс переписка с областью.

Набоких несколько испуганно смотрит на горы бумаг:

— Лучше перескажите своими словами.

— Если своими словами, то плакать хочется, но нельзя. Денег в бюджете нет, и дальше будет только хуже. Основной налог для города — подоходный, остальные отчисления уходят федералам. Предприятия увольняют рабочих, сокращают зарплаты, соответственно, деньги в местный бюджет не поступают. К тому же сокращаются дотации из области. Большинство расходных бюджетных статей выполняется максимум на 30%. В общем, удачи вам, Сергей Михайлович!

Через неделю фраза «Денег в бюджете нет» станет для нового градоначальника ответом почти на все вопросы.

В разгар рабочего дня в кабинет главы заглядывает женщина из отдела кадров.

— Сергей Михайлович, загранпаспорт у вас есть? Его надо будет сдать на хранение в областное правительство.

— Это еще зачем?

— Все мэры сейчас загранпаспорта сдают. В прошлом году это правило ввели. Так что сбежать в случае чего вам не удастся. Кстати, к вам тут Липатов подошел.

Сергей Липатов, заместитель главы по вопросам ЖКХ, с порога сообщает, что передумал увольняться:

— Вдруг сработаемся? Может, вы за мной еще будете как за каменной стеной, — то ли заискивает, то ли угрожает он. — Я так понимаю, что вам просто неправильную информацию дали. Вроде как во время выборов я наговорил лишнего. Типа вы спортсмен, ничего не понимаете, будете тут на лыжах и «бубликах» кататься, а город развалите. В общем, увольняться я не буду. Два месяца меня никто выкинуть не сможет.

Липатова за высокомерие и внешнее сходство с Наполеоном за глаза в мэрии называют Бонапартом. К тому же полномочия у него, несмотря на скромное наименование должности, действительно наполеоновские. В мэрии он до сих пор отвечал, по сути, за весь экономический блок: коммуналку, транспорт, распределение земельных участков, строительство. Ни для кого не секрет, что он — «смотрящий» от градо­образующего ГОКа. И главная задача Бонапарта — сделать так, чтобы городом фактически управлял «Ванадий», а не Набоких. Однако из кабинета мэра Липатов выходит с грустной миной: не прокатило.

Вслед за ним в кабинете появляется недавно назначенный начальник ГИБДД со своими проблемами: в одном здании с гаишниками уже не первый год сидит директриса частной автошколы. И как-то так получается, что рядовые «смотрители дорог» почему-то больше слушают не своего нового руководителя, а главу автошколы. Она у них неформальный лидер. В общем, милиция просит муниципалитет расторгнуть договор аренды с данным персонажем, пока она полностью не дестабилизировала работу. Договориться с ней самостоятельно не получается. Ситуация абсурдная, но мэр обещает разобраться.

В полдень специально обученный человек ловко вешает на дверь кабинета новую табличку: «Набоких Сергей Михайлович, глава Качканарского городского округа». Опыт у этого человека, судя по всему, немаленький.

В приемной уже скопилось с десяток просителей. 2 миллиона на капремонт Дома детского творчества. 70 миллионов на окончание строительства храма. Из посетителей денег пока не попросил только «авторитетный» предприниматель Пантелеев, занимающийся пассажирскими автоперевозками. Ему нужна помощь в строительстве нового авто­вокзала. Цена вопроса — 32 миллиона рублей. Но денег не нужно. Пантелеев просит всего лишь отдать ему здание старого автовокзала. А он за это гарантирует, что своими силами построит новый и даже отдаст в нем дольку муниципалитету. Кроме того, Пантелеев просит навести порядок с незаконными, на его взгляд, перевозчиками:

— У них нет ни лицензий, ни паспортов маршрутов. И вообще они ездят из Качканара в Екатеринбург не с автовокзала, а просто собирают народ по остановкам. Это ненормально.

Но есть тут одна деталь. Директором автовокзала является сын Пантелеева. И многие транспортники не ездят оттуда по одной простой причине: пантелеевские кассиры не продают билеты на рейсы пантелеевских конкурентов. Резолюция мэра: через неделю собрать всех городских транспортников и договориться о правилах игры.

— Монополисты мне тут не нужны, но и бардак тоже не нужен, — Набоких спокоен как удав. Это профессиональное. Когда стремительно спускаешься на лыжах с горы, главное — не нервничать.

После обеда первый прием граждан по личным вопросам. Качканар — город общежитий и аварийных бараков, построенных 50 лет назад. Сам Качканар появился на карте только после пуска горно-обогатительного комбината. В шиферных времянках, построенных для первых работников ГОКа, люди и живут до сих пор.

Общежитие № 58. Течет крыша, туалеты промерзают, канализация прогнила, постоянно горит проводка. Раньше душевых было две: мужская и женская. Сейчас решили совместить. Кроме того, вообще непонятно, чье это общежитие. Ордеров на комнаты нет. Деньги за коммуналку собирает комендант. Непонятно, куда он их потом относит. Просьба к мэру не столько прагматическая, сколько психологическая: пообещайте нам, что когда-нибудь все будет хорошо.

Общежитие № 33. Одна комната пустует. Жильцы просят отдать ее под детскую игровую. Оснастят своими силами. Зарплату воспитателю будут платить сами.

— Если мы эту комнату не отстоим, то комитет по управлению муниципальным имуществом у нас ее отберет. Они у нас уже душевую забрали — мы сейчас моемся в туалете.

И так два часа подряд. Люди разные, проблемы одинаковые. И почти для всех глава города — последняя надежда.

Неожиданно в кабинет заглядывает молодой парень:

— Михалыч, в футбол играть идешь? В 18.40, как обычно.

Набоких обреченно чешет лысый затылок:

— Раньше восьми вечера вообще никак не могу. Я теперь сам себя мячом чувствую, который пинают со всех сторон…

Но в восемь вечера все только начинается. Управляющий делами приносит три папки с документами и письмами, которые поступили в администрацию в течение дня. Большая часть — инструкции из различных министерств и ведомств областного и окружного уровня с требованиями подготовить очередной отчет. Я начинаю понимать, что если относиться ко всему этому всерьез, то надо становиться не мэром, а писателем: бессмысленный документообмен с областным, окружным и федеральным начальством занимает две трети рабочего времени. Набоких грустно пишет в правом верхнем углу каждой бумаги: «Заму такому-то. Принять к исполнению». На тридцатом письме он тяжело вздыхает и говорит:

— Подпись у меня слишком длинная. Надо сокращать.

Оживляется мэр, только когда видит письмо с требованием отчитаться о ситуации с распространением наркотиков.

— У нас с этим как? — спрашивает он управляющего делами.

— Как везде. Даже хуже. Город богатый. Наркотики везут отовсюду. Милиция по большому счету ничего не делает. Мы им и машину выделили, и помещение, и связь, а они ловят только мелочь всякую. После скандала, когда выяснилось, что наркотой торговала жена одного из сотрудников, я считаю, что тут два варианта: либо они профнепригодны, либо сами крышуют торговцев.

Из здания мэрии Сергей Набоких выходит последним. Время — одиннадцатый час. Большинство служащих покинуло свои рабочие места, как и положено, в 18.00. У меня стойкое ощущение, что это единственная инструкция,
которую можно выполнить в точности.

День второй

Не тронь Бонапарта, это наш человек!

8.30 Оперативка. Происшествия за минувшие сутки: одно ДТП, пострадавших нет; на ГОКе украли гидронасос; в городе задержали шестерых подростков за распитие пива. Мэр слушает и разбирает утреннюю корреспонденцию:

— Пошли заявки на предоставление мест под летние кафе. Нужна болванка договора, в которой надо учесть все нарекания горожан по прошлому году.

Под кафе участники совещания определяют восемь  мест. Уже на следующее утро в администрацию поступает заявка на все восемь от одной и той же фирмы.

— Кто-то из совещавшихся слил информацию друзьям или родственникам, — просекает Набоких. — Хотят взять все места, а потом сдавать их в субаренду мелким предпринимателям. Тут половина администрации ждет, когда я подставлюсь и какую-нибудь не ту бумагу подпишу. Я это чувствую.

В кабинете на противоположных стенах висят два порт­рета — губернатора и президента. Оба смотрят в сторону двери, на входящих. Раньше было наоборот: портреты смот­рели в сторону хозяина кабинета, но предыдущему градоначальнику казалось, что они за ним следят, и он их перевесил.

Мэр обводит взглядом собравшихся подчиненных. В его глазах трудно что-нибудь прочитать, и от этого как-то не по себе. Кажется, сотрудники администрации начинают его бояться.

— Завтра утром собираем комиссию по борьбе с коррупцией. Это не я придумал. По федеральному закону мы должны сами себя проверять и разоблачать, — по лицу Сергея пробегает тень улыбки. — Так что приходите. Я бываю на совещаниях у прокурора. Они там очень расстраиваются, что до сих пор по коррупционным статьям никого не поймали. Даже не знаю, чем им помочь. Скажите, чтоб директор ДК заходила.

Дворец культуры — очередная головная боль для новой городской власти. Комбинат в рамках борьбы с мировым кризисом передает на баланс города и ДК, и Дворец спорта. Денег на их содержание в бюджете, естественно, нет.

— Для владельцев комбината мы просто промплощадка, я это уже понял, — делится мэр первыми впечатлениями с директорами этих организаций. — Мне нужен расчет: сколько вы сможете продержаться самостоятельно в автономном режиме? Имейте в виду: денег в бюджете на вас не заложено вообще. Средства на зарплату вы должны зарабатывать сами. Надеюсь, что к осени собираемость налогов будет лучше.

— Как бы хуже не было, — бросает реплику начальник финансового управления. — А насчет объектов соцкультбыта нам областной минфин сказал чисто конкретно: «Денег у нас нет. Если и у вас их нет — заколачивайте ваши ДК».

Расходная часть городского бюджета — 670 миллионов руб­лей. Уже сейчас в администрации понимают, что исполнить его нереально. Экономят на всем, даже на себе. Например, организуют совместные командировки: когда надо ехать на очередное совещание в Екатеринбург, а ехать надо практически ежедневно, чиновники встречаются в точке «А» и все пересаживаются в одну машину.

— Сергей Михайлович, собственники «Ладушек» подошли.

«Ладушки» — это детский сад. Предыдущий глава умуд­рился продать его здание за 2 миллиона. С тех пор администрация города платит владельцу аренду — 80 тысяч рублей в месяц. Теперь частник хочет либо продать здание, либо повысить арендную плату до 143 тысяч. Во время предвыборной кампании Набоких обещал решить эту проблему.

— Садик городу нужен, — у него профессиональный тренерский голос, не слушаться его невозможно. — Там сложный микрорайон, много общаг и молодежи. Я буду это здание выкупать за заявленные вами 12 миллионов. Но не сейчас. Сейчас в бюджете вообще нет ни копейки. Поэтому мы выкупим его в следующем году. Аренду вы повышать не будете. Более того, город вам ее вообще платить пока не будет, ибо денег физически нет. Через год мы купим у вас здание и погасим накопленный за год долг по аренде. Условия, конечно, драконовские, но выбора у нас нет. И у вас тоже.

Собственник неожиданно соглашается: «Кризис. Все понимаем. Мы ж не злодеи какие-нибудь».

16.00. Первое заседание городской думы нового созыва. Выборы депутатов проходили одновременно с выборами мэра. 15 мест из 19 получили представители «Ванадия». Накануне во время неформального собрания они постановили обратиться к главе с требованием не увольнять заместителя по ЖКХ Сергея Липатова (Бонапарта). Этот вопрос внесли в повестку дня отдельной строкой. От Набоких требовали заявить под протокол, что Липатов останется на своем месте.

Подчиниться требованию депутатов Набоких вежливо отказался. После заседания думы к нему подошел представитель прокуратуры и шепнул на ухо: «По поводу Бонапарта не волнуйтесь. Он у нас в разработке».

Сам Липатов появился в мэрии на следующий день. На вопрос мэра: «Что это было на заседании гордумы?» Сергей Семенович ответил с корсиканской честностью:

— Мне руководство комбината прямо сказало: стоять насмерть. Если уволюсь, то работу в городе больше не найду. А у меня семья. Так что сам я отсюда не уйду.

В свой кабинет Сергей Набоких сегодня вошел в семь часов утра. А покинул его опять в десять вечера. За весь день отлучился всего на 15 минут — пополнить счет на мобильнике. Среди прочих звонят друзья и бывшие конкуренты по вы­борам. Друзья выражают соболезнования, а конкуренты рассказывают, как они счастливы, что не победили. Один так и сказал: «Еду по городу, и душа радуется: слава богу, что не я!»

День третий

Три дня без взятки

Утром пришло письмо от энергетиков с угрозой отключить электричество в школе № 7. Долг учреждения — 155 тысяч рублей. Уральские энергетики часто присылают подобные письма в муниципалитеты в день, когда туда приезжают чиновники из области: это своеобразный способ выбивания долгов. Сегодня в Качканаре работает заместитель областного министра образования. Главный вопрос к мэру: почему Качканар до сих пор не перешел на подушевую систему оплаты труда учителей? Это когда сколько учеников, столько и денег. На практике нововведение приводит к закрытию десятков сельских школ, потому что учеников там не хватает. За нового мэра ответ держит первый заместитель, который занимался этим вопросом еще при прежнем начальстве:

— Потому что денег у нас на это не было. Кстати, может, оно и к лучшему. В городах, где перешли на подушевое финансирование, уже начались задержки по зарплате, а мы еще держимся.

После обеда первое заседание антикоррупционной комиссии. Закон о противодействии коррупции вышел 25 декабря. Теперь каждому муниципалитету предстоит разработать собственную программу по борьбе с коррупционерами. Подобные заседания неплохо бы транслировать по телевидению в программе «Без комментариев»:

— …Мы скачали из интернета варианты программ борьбы с коррупцией, принятых в других городах. Сейчас изучаем.

— Нам надо составить список всех сотрудников мэрии, чьи должности подвержены коррупционным проявлениям.

— Проще составить список тех, кто не подвержен. И вообще нас никто не обучал борьбе с коррупцией. Перед тем как нас наказать, нам надо объяснить, что такое коррупция вообще.

— Надо сотрудников материально стимулировать, чтоб взяток не брали. Может, знак какой-нибудь ввести вроде «Три недели безупречной службы» или «Три часа без взятки». А еще лучше премию выдавать в размере 50% от предложенного подношения…

По итогам заседания Сергей Набоких решает на следующие заседания антикоррупционной комиссии приглашать депутатов, предпринимателей и представителей общественных организаций. Про коррупцию — это им видней.

День четвертый 

Стране нужна ваша липа

Первая служебная командировка. В соседний город Серов на видеоконференцию с областной администрацией. Тема: «Как правильно написать отчет об эффективности территории». Отчет должен быть готов к 1 мая. На экране, установленном в актовом зале, появляется серьезный товарищ из департамента внутренней политики администрации губернатора Свердловской области. Внешний вид чиновника однозначно говорит, что у него чистые руки, холодная голова и горячее сердце.

— Динамика всех показателей по территории, безусловно, должна быть только положительной. Финансирование на соцопросы «Как вы относитесь к власти?» не выделяется. Так что на всю мощь используйте административный ресурс. Врачи опрашивают пациентов, учителя — родителей
учеников и так далее. Всем все ясно?

— Ясно, — мрачно шепчет клерк из администрации города Красноуральска, сидящий рядом со мной на последнем ряду. — Теперь тебе понятно, почему Россия, которую нам показывают по телевизору, отличается от той страны, которую мы видим вокруг себя? Сначала мы немного соврем, потом в области свои цифры добавят, в округе — свои, и на основании этой липы в Кремле принимают решения. Ты не знаешь, где тут туалет?

В ходе конференции от глав городов помимо всего прочего потребовали предоставить программу развития муниципальной службы. Тот же клерк из Красноуральска снова не выдерживает, но слов у него не хватает, поэтому он только неистово качает головой.

Дома Сергея Набоких ждет еще один неприятный сюрприз: комбинат решил ликвидировать хирургическое отделение медико-санитарной части. 27 медиков попали под сокращение.

День пятый

Мы стали меньше пить. Остальное — хуже не бывает

Заседание антикризисной комиссии. Главное событие недели. Пришел даже директор комбината, несмотря на то что инаугурацию нового мэра ГОК в свое время демонстративно проигнорировал. Когда-то этот человек работал в Сибири, где прославился активной борьбой с бастующими горняками Кузбасса. Теперь его прислали бороться с кризисом в Качканаре.

Первое слово — градоначальнику. Повод для энтузиазма в его речи прозвучал лишь один: в городе снизилось потреб­ление алкоголя. Народ стал меньше пить. В остальном все плохо. Рост цен за месяц составил от 3 до 10%. Общее количество безработных превысило 1000 человек, еще 7500 работают в режиме неполной занятости. Уже сейчас на одну вакансию претендуют 14 безработных.

В качестве промежуточного выхода из создавшейся ситуации область предложила 32 миллиона рублей для создания временных рабочих мест на так называемых общест­венных работах. Бюджет готов платить зарплату в размере 5 тысяч рублей тем, кто будет принимать участие в уборке города и охране общественного порядка. Качканару выделен лимит на 1960 рабочих мест. От городских предприятий требуется лишь заявка в центр занятости. С виду все просто. Но в ходе совещания выясняется, что заявку могут подать лишь те предприятия, где нет долгов по зарплате, то есть единицы. Но и они не могут. Потому что документы почему-то нужно подать в область прямо сегодня до конца рабочего дня, иначе не примут.

— Товарищи директора! Нам нужны эти средства, — взывает Сергей Набоких. Кажется, его самообладание начинает ему изменять. — Мы должны удержать людей. Ситуация будет ухудшаться, и эти деньги им очень помогут. Сегодня последний день. На 700 мест заявки есть. Еще 1200 свободны.

Тишина. По лицам собравшихся видно, что 1200 мест так и останутся невостребованными.

Слово берет директор комбината. У него всего лишь одна просьба. Причем к представителям силовых структур:

— СМИ раскачивают ситуацию, пишут о проблемах комбината и предстоящих сокращениях. Я требую от вас разобраться с этим!

Слова директора комбината неожиданно вдохновляют представителя городского УВД. Выясняется, что журналисты надоели и милиционерам.

У начальника налоговой своя антикризисная мера:

— У нас новая установка. Списки предприятий-должников будем теперь вывешивать на сайте. Налог на прибыль за три месяца этого года собран лишь на 5% от положенного.

— Как на сайте?! Я в каком городе после вашего сайта работу получу? — директор строительно-ремонтной фирмы «Восток­техмонтаж» вскакивает с места. — Раз так, тогда вот вам наше антикризисное требование: конкурсы на производство любых работ должны выигрывать местные компании, которые платят налоги здесь. Только так мы можем пережить кризис и сократить безработицу. Получать заказы в городе должны свои.

По этому поводу управделами городской администрации вспомнил страшную историю:

— Как-то проводили мы один конкурс на ремонт крыши. Заявилась непонятная фирма, предложила шоколадные условия: провести все работы всего за миллион. Сразу было понятно, что за эти деньги поменять крышу нереально, но чтоб не иметь проблем с прокуратурой, тендер отдали им. В итоге денег этой фирме не хватило — крышу они не отремонтировали, потраченные средства никто не вернул. Зато, блин, закон не нарушили!

В конце рабочего дня в кабинете Сергея Набоких появляется предприниматель, занимающийся утилизацией отходов, и еще одной проблемой у мэра становится больше. Выяснилось, что так называемая биояма — место, где уничтожаются трупы животных, абортный материал, ампутированные конечности, — заполнена практически на 100%. А на строительство новой требуется 10 миллионов рублей. 

Меня окончательно накрывает ощущение, что жизнь чиновника в России не имеет ни малейшего смысла. Сис­тема управления на местах — это какая-то убийственная смесь исполнительности с самодеятельностью. Единственный выход из кризиса, который я вижу для властей Качканара и других подобных городов, — это получить максимум полномочий, управленческих и финансовых. Но их никто не даст. Вышестоящие власти будут продолжать мутить рабочую атмосферу пресловутой вертикалью. Я не знаю, как Сергей будет спасать свой город. Будь я на его месте, уже давно сложил бы с себя полномочия. Но он в ответ на мое предложение решительно качает головой. Все-таки спортсмены — удивительные люди!

Перед тем как уйти на выходные, которых у него не будет, Сергей вновь пролистывает любимый документ — программу строительства горнолыжного комплекса на горе Качканар:

— Здесь есть все условия для создания горнолыжного курорта как минимум всероссийского уровня. Вершина горы расположена на высоте 860 метров. Стоимость первой очереди — 50 миллионов евро. Это 800 новых рабочих мест и шанс диверсифицировать экономику. Вот увидишь — я его все-таки построю!

В следующий понедельник Сергей едет в Екатеринбург сдавать загранпаспорт. Там ему придется задержаться на две недели: областная администрация проводит семинар для мэров-новичков. Интересно, каким он оттуда вернется?

Фотографии: Константин Саломатин для «РР»

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение