--

Параноидальные предощущения

Эстонская русофобия мешает американской «перезагрузке»

WikiLeaks открыл очередную порцию документов из секретной американской дипломатической переписки, которая в частности посвящена Эстонии, ее российской политике и месте Таллина в российско-американских отношениях. Часть есть пока только у РР. Из нее стало ясно, что отношение нынешних эстонских властей к России кажется паранойей не только ястребам и провокаторам в Москве. Так ее видят и американские дипломаты. И, как и для российского МИДа, для них это тоже проблема – ведь параноика, конечно, можно использовать, но с ним трудно общаться. Особенно, если ваши планы меняются.

×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

14 декабря 2010
размер текста: aaa

Посол США в Эстонии Майкл Полт написал в депеше с грифом «Секретно» в Вашингтон прошлой весной, что «хотя Эстония старается смягчить свою позицию по отношению к России, ее оборонная политика придает особое значение внутренним оборонным возможностям, основанным на практически параноидальном ощущении неизбежности российского вторжения».

«Советник премьер-министра (Эстонии) по внешним связям Кюллике Силласте-Эллинг сказала советнику по политическим вопросам (посольства), что “ни та, ни другая сторона не имеет достаточной политической воли к изменению сложившихся отношений”» (полная версия документа – см. ниже). Понятно, что Эллинг сетует американцам на то, что Россия, не хочет улучшения отношений. Но то, что человек, напрямую причастный к выработке политического курса Эстонии, прямо говорит, что и его команда этого не хочет – это очень специфическая откровенность. Часто такие вещи в международных отношениях видны невооруженным глазом, но ведь никто никогда в этом не признается – это всегда принято списывать на происки и неадекват партнеров. А тут люди то, что сами публично называет неадекватом, в частной беседе характеризуют как общий взаимный подход, присущий, в том числе, и той политике, которую они сами создают.

Директор российского департамента эстонского МИДа Март Волмер тогда же сказал американцам, что считает хорошие отношения с Россией просто «нереалистичной целью». При таком подходе ничего удивительно в том, что отношения плохие – если не верить в возможность их улучшения, то и работать над этим не надо. А сосредоточиться надо на реалистичных целях – например, выставлять России счета за «советскую оккупацию» на десятки миллиардов долларов.

Теперь становится все яснее, что имела в виду Хиллари Клинтон, когда, став госсекретарем, сказала, что нужно разгребать завалы, оставленные в международных отношениях США прежней администрацией. Очевидно, то было не столько указание на конкретные проблемы, возникшие в Ираке или Афганистане, сколько интуитивное предчувствие, что политика в рамках общего подхода республиканских неоконов, которые системно действовали совсем в другой парадигме, сама по себе и есть завал. То есть проблемы везде, даже там, где их пока не видно. Прибалтика – именно такой пример.

Российская политика эстонских властей для экс-президента Джорджа Буша-младшего и его команды была совершенно логичной и вполне ложилась на их видение международных дел и их цели. То, что новый американский посол в Таллине воспринимает как паранойю восточноевропейских партнеров, для команды Буша было реальным подтверждением их собственной вполне цельной картины мира. Но как эту политику ни называй – паранойя или прагматизм – прежней администрации она была всегда на руку, а нынешней местами создает серьезные проблемы.

Конечно, любой американской администрации выгодны российские соседи, ищущие у нее помощи и поддержки в обмен на лояльность. Но ирония в том, что даже в международных делах, оказывается, важна мера и возможность сказать: «Горшочек, не вари». И когда Обама в прошлом году попытался притормозить вызывавшее не только российское, но даже и германское раздражение размещение объектов американской глобальной ПРО в Польше, Варшава натурально обиделась. Оказывается, в то же самое время Госдеп точно также не знал, как уговорить Таллинн не мешать его разбору завалов на российском направлении. Восточноевропейские горшочки продолжали заваливать Вашингтон требованиями, шедшими в разрез с его попытками восстановить доверие к американской политике в большом мире, не ограничивающимся скромными пределами маленьких сателлитов.

Не меньшую проблему начало создавать и то, что эти сателлиты, испугавшись, что иссякающего желания Вашингтона помогать им «сдерживать Россию» может и не хватить на всех, начали ругаться за американскую поддержку еще и между собой. Так вице-канцлер Министерства обороны по вопросам оборонной политики Эстонии Свен Сакков год назад выражал американским дипломатам в Таллине большую признательность за включение своей страны в ныне вызвавший такой скандал НАТО-вский план военных действий на случай все того же российского вторжения «Орел-защитник». Но при этом пожаловался им на поляков – как пишет посол с его слов в секретной депеше: «В кулуарах встречи комиссии НАТО-Украина в ноябре 2008 года польская делегация заявила Саккову, что она против включения стран Балтии в план «Орел-Защитник», поскольку не хочет, чтобы польский план был выхолощен или стал бы заложником в случае, если другие союзники выступят против включения в него стран Балтии».

Когда о признаках паранойи говорили американские эксперты в 2007 году – в Таллине в это время сносили «бронзового солдата», арестовывали антифашистских активистов и обвиняли Кремль в организации кибер-атак на эстонские правительственные сайты – это не находило отклика в Вашингтоне. Хотя уже тогда Хосе Назарио, старший инженер по вопросам безопасности Arbor Networks – софтверной компании из США, чьими программами мониторинга сетей пользуются более 70% интернет-провайдеров мира, сказал в интервью одному из самых популярных в мире веб-порталов об IT – Ars Technica, что из их анализа кибер-атак следует, что «российское правительство не могло быть прямо связано с атаками». Тогда его мнение было интересно только в России. Теперь есть надежда, что им заинтересуются и в остальном мире.

 

S E C R E T SECTION 01 OF 03 TALLINN 000114 SIPDIS FOR EUR/NB MIGUEL RODRIGUEZ E.O. 12958 DECL: 04/27/2019 TAGS: PREL, PGOV, RS, GG, EN SUBJECT: ESTONIA'S PESSIMISTIC APPROACH TO RUSSIA Classified by: CDA Karen Decker for reasons 1.4 (b) & (d) REF: A) MOSCOW 562 B) 07 TALLINN 366 C) IIR 6954003409 1. (S//NF) SUMMARY: The Government of Estonia (GOE) generally prefers to handle bilateral issues with Russia quietly, focusing on working-level issues of mutual interest and deferring policy discussions to the EU and NATO. The recent spate of high-level, Estonia-Russia consultations is, therefore, a positive development, but GOE leaders have little confidence these talks will result in significant achievements and are unlikely to press for more substantive bilateral engagement in the near term. Russia's August 2008 invasion of Georgia solidified Estonian defense planners' assessment that Russia remains Estonia's biggest threat and that homeland defense capabilities must remain an essential part of long-term defense planning. Strong but narrowly-focused USG support has been and will continue to be vital to encourage GOE efforts to build a constructive bilateral relationship with Russia that remains focused on shared US/EU/NATO goals. END SUMMARY. POLITICS STRAINED; OUTLOOK PESSIMISTIC 2. (C) Estonia's political ties with Russia, best characterized as "strained" since Estonian re- independence in 1991, reached a new low in April 2007 when the GOE removed a Soviet-era statue from downtown Tallinn, sparking two days of riots (the "Bronze Soldier riots") by primarily Russian speakers in Estonia. Subsequent cyber attacks, widely believed to have been orchestrated by Russia (REF B), led to harsh rhetoric between Moscow and Tallinn in which each side claimed the moral high ground. In the aftermath of these events, the bilateral relationship entered a "deep freeze" that has lasted until this year.

3. (C) The Russian invasion of Georgia in August 2008 and Estonia's vocal support for Georgian territorial integrity deepened the divide, but also created some momentum on the Estonian side to tend more actively to the relationship. In December 2008, for the first time in more than two years, Estonian Foreign Minister Paet and Russian Foreign Minister Lavrov met (on the margins of Northern Dimension and OSCE ministerials). In January 2009, Estonian MFA Secretary General Kook and Russian DFM Titov met in Tallinn and agreed to the resumption of regular exchanges (REF A).

4. (C) These consultations have been characterized as "business-like but friendly." Our MFA colleagues will say they reflect progress on Estonian-Russian relations, but privately, GOE officials are doubtful that bilateral talks will lead to any substantive progress in the relationship. Mart Volmer, the Estonian MFA's Director for Russia told us he believes good relations with Russia are not a "realistic goal." He also emphasized that Estonia cannot commit to "business as usual" as long as Russia is in violation of the six-point peace plan with Georgia. Substantively, the Paet-Lavrov and Kook-Titov discussions focused on practical issues including border- crossing delays, bridge repairs, search and rescue cooperation, pensions and visas. (Note: Working-level contacts on most of these issues are and have been ongoing, such as regular contacts between Russian and Estonian border guards. End Note.) These consultations did not include politically-charged issues like ratification of the Estonia-Russia border treaty (which has languished since 2005- see para 5) and Georgia.

5. (C) Kyllike Sillaste Elling, Foreign Policy Advisor to the Prime Minister, told PolChief that "there is little political will on either side to change the current relationship." Before the 2007 riots, Estonia had tried what she called a "positive engagement policy" at the working level to keep lines of communication open. The GOE also made it a policy to ignore "incendiary" Russian propaganda aimed at Estonia. This policy was not particularly effective, Sillaste-Elling acknowledged, in moving the relationship forward (Note: After the 2007 cyber attacks and attacks on the resident Estonian Ambassador in Moscow, the GOE appealed publicly for international support in pressuring Russia to stop interfering in Estonian internal affairs and ensure Geneva Convention protection for Estonian diplomats. End Note.) Relations wouldn't improve, Sillste-Elling continued, until Russia and Estonia agreed on how to address their different perspectives on WWII history TALLINN 00000114 002 OF 003 (including the nature of Soviet annexation of the Baltics in 1940 and Russian accusations that Estonia supports fascism). GOE officials also remain wary of Russian attempts to embarrass Estonian officials in public. Estonian President Ilves walked out of a 2008 Finno-Ugric conference in Russia after Russian MP Konstantin Kosachev alleged that Ilves' speech contained a thinly veiled call for the break-up of Russia.

6. (C) Sillaste-Elling also said that taking a more proactive stance with Russia is politically risky for Estonia, both domestically and within the EU. At home, any effort by PM Ansip to engage directly with either Putin or Medvedev would open him up to significant criticism from political rivals, regardless of the outcome. Normally pragmatic Estonian politicians become particularly uncompromising on the topic of Estonia's border treaty with Russia. Although a treaty was, in fact, signed in 2005, it stalled during ratification when the Estonian Parliament inserted a reference to the Tartu Peace Treaty of 1920 (which established Russian recognition of an independent Estonia and renounced "in perpetuity" all Russian rights to Estonian territory). Russia's Duma subsequently withdrew its signature from the document, and the treaty is in limbo. In July 2008, President Ilves suggested the Estonian parliament consider removing the reference and moving forward. The idea fueled a short-lived public debate, but Estonian politicians could not reach consensus to even re-open formal discussions and the idea was abandoned. 7. (C) GOE officials believe making overtures to Moscow is also risky for Estonia within the EU. The GOE is very concerned that if it reaches out to Moscow, other EU members will use the opportunity to pressure Estonia to make further concessions the country is not willing to make. Sillaste-Elling admitted that the GOE has not "done a good enough job explaining Estonia's position" to its partners ("like the French," she said). Estonia is not Russophobic, she asserted, but is genuinely afraid of the "constant pressure the Russians exert" to undermine Estonia. This fear makes the GOE hesitant to change the status quo. (Note: As Estonia prepares for local elections in October, this concern will intensify. Non- citizen Russian-speakers resident in Estonia (Russian citizens and stateless) are eligible to vote in local elections. GOE politicians and security forces often allege the Kremlin intends to manipulate Estonian domestic politics through these groups. End note.)

8. (C) For now, GOE officials place a premium on consensus within the EU and NATO on Russia. Estonia's balancing act was evident in the positive position it took on re-engagement with Russia in the context of the NATO-Russia Council (NRC). Despite their misgivings, Estonian officials know there are benefits to cooperation with Russia on issues of joint concern like non- proliferation, Afghanistan and terrorism. At the same time, however, our GOE interlocutors have little faith these discussions will yield any result. Paul Teesalu, MFA Director of Security Policy, recently commented that it does not appear that Russia is as eager to come to the table as NATO, and emphasized the importance Estonia places on keeping Georgia on the NRC agenda. In his view, the NRC needs to remind Russia that Georgia will "cast a shadow" on future cooperation and that Allies will not "simply forget" what happened. 9. (C) While Estonia is willing to defer to consensus decisions in the EU and NATO, the GOE is also clearly frustrated by the inability of either organization to reach a consensus on critical Qsues related to Russia, including energy security. One influential MP, Marko Mikelson, lamented the EU's lack of consistency in its approach to Russia, noting that NOT isolating Russia appeared to be more important to some countries than supporting new democracies on the Russian belt. Estonian President Ilves has been exceptionally vocal on the need for NATO and the EU to take a stronger, more unified approach to Russia. He has publicly urged NATO to develop a coherent strategy to deal with a "belligerent, aggressive" Russia, but privately he laments NATO's inability to do so. President Ilves also routinely complains about Russia's use of energy to wield political influence in Europe, noting the close relationship between Gazprom executives and certain EU leaders.

10. (C) While Estonia works to temper its political TALLINN 00000114 003 OF 003 stance on Russia, its defensive posture emphasizes internal defensive capabilities, based on an almost- paranoid perception of an imminent Russian attack. The GOE's new ten-year Defense Development Plan (DDP) for 2009-2018, published in January, was finalized after Russia's 2008 invasion of Georgia (ref C). While the DDP is consistent with NATO collective defense priorities, it also clearly reflects defense planners' intent to expand development of territorial and initial defense capabilities. The DDP calls for Estonia to invest in improvements to early warning assets, air defense, anti- tank, and armored maneuver capabilities to discourage aggression and to improve capabilities to support Article V contingency operations. The DDP retains conscription, expands the size of both the active duty and reserve forces and significantly increases the quantity and quality of reserve training.

11. (C) In public comments, Minister of Defense Aaviksoo has noted that Estonia needs a solid infrastructure capable of serving as a deterrent so Estonia would not have to defend itself, but also that Estonia "should be able to put up resistance if the need arose." These expenditures on internal defense will compete for shrinking resources Estonia needs for the development of a lighter, more agile and deployable force capable of supporting NATO and other international operations.

12. (C) COMMENT: Against this backdrop, the Embassy has limited, but important, influence. Working on areas of mutual interest, such as the Global Initiative to Combat Nuclear Terrorism, is one of only a handful of issues on which Estonia and Russia (and the U.S. and the Dutch) regularly meet. USPTO-funded training in customs and trademark enforcement at the border is another source of engagement, as is the environment and activities to combat digital piracy. Both State and DoD offices reiterate the need for Estonia to develop a modern military useful to NATO, and not focus on heavy armor to repel a land attack from the east. We will continue to look for opportunities to promote Estonian-Russian engagement and to allay Estonia"s security concerns. END COMMENT. DECKER

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Большаков Алексей 16 декабря 2010
А Марис выпил тормозной жидкости и стопорнул Евросоюз.
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение