--

Роман с камнем

Корреспондент «РР» провел неделю в тайге – с реальными геологами и нереальными бурильщиками

- Сегодня среда или четверг? - Вроде четверг. - Среда, точно. - Какая среда? С утра вторник был. Несколько десятков человек – геологов и бурильщиков, по очереди сменяя друг друга, ищут в уральских горах на территории Ханты-Мансийского автономного округа медь. По данным предварительной разведки где-то здесь медной руды должно быть не меньше восьми миллионов тонн.  Стандартная вахта длится полтора месяца. Живут вахтовики в четырехместных автономных вагончиках-балках. Считается, что это практически люксовые условия. Еще год назад в пятидесятиградусные морозы приходилось ночевать в палатках.

Владимир Антипин
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

26 декабря 2010
размер текста: aaa

Потерять счет дням недели в этих местах нетрудно. Здесь нет ни радио, ни телевидения, ни сотовой связи. До ближайшего населенного пункта более двухсот километров по таежному бездорожью. При хорошей погоде на грузовом «Урале» добраться можно в течение суток. По приполярным меркам это почти рядом.  Кругом горы, тайга, болота, снег и абсолютная тишина. Именно она больше всего поражает после давно ставшего привычным круглосуточного городского шума.

- Что-то сигнал нестабильный. Пора сотовый менять. – невысокий юркий мужчина лет пятидесяти озабоченно вертит в руках мобильник. Я по инерции тянусь в карман за своим телефоном. Лишь спустя несколько минут понимаю, что здесь в принципе не может быть никакой сотовой связи. Буровой мастер Михаил Степанов удовлетворенно прячет свой аппарат в карман. Выясняется, что фишка с «нестабильным сигналом» - способ без лишних вопросов выяснить, кто из вновь прибывших на базу первый раз в тайге.

Миша Буровик знакомит нас с реальными геологами. Одного взгляда на них достаточно, чтобы разрушился первый миф о людях этой профессии: любителями таежного экстрима и суровой северной романтики оказываются не бородатые мужчины в шерстяных свитерах, а миниатюрные женщины предпенсионного возраста Ольга Суховская и Любовь Сафронова. Их участки расположены в 10 километрах друг от друга. Так что иногда есть возможность сходить в гости к соседям. Если погода позволяет. Например, сегодня всего минус 20.

- Практически курорт, - Суховская затягивается «Балканской звездой». – Всегда бы так.

Ольга Суховская закончила геологический техникум 30 лет назад. По распределению попала в Киргизию. В конце 80-х работала на разведке Кумторского золоторудного месторождения – третьего по величине в Советском Союзе. Именно золото и позволило Киргизии выжить после распада СССР.

- Президент Киргизии Аскар Акаев тогда все силы бросил на разведку Кумтора. Геологов набирал отовсюду, платил хорошие деньги, давал жилье, – работу в Средней Азии Суховская вспоминает с ностальгией. Это был последний случай, когда рудная геология получала масштабное и регулярное финансирование. В смысле денег нефтяной и газовой геологии везло больше. У них и финансирование всегда было отдельное, и ВУЗы свои. Приоритеты были расставлены еще в советское время.

После Кумтора о рудной геологии успешно забыли и в Киргизии. Последние годы зарплата геологов там не превышала 75 долларов в месяц. С 2007 года Суховская работает в России. Здесь платят 20-25 тысяч рублей. Молодежь за эти деньги на Север не заманишь. Геологи старшего поколения пока еще едут.

- Знаете, это как в фильме «Джентльмены удачи» - «Украл, выпил, в тюрьму!». Только у нас звучит чуть-чуть по-другому: «Поехал на вахту, заработал, вернулся, провел детей по магазинам, уехал на вахту». - Любовь Сафронова  в прошлом сезоне с семьей провела лишь четыре месяца из двенадцати. – Иногда и не поймешь уже, где твой дом: в тайге или в городе.

К каждому геологу прикреплена бригада бурильщиков (правда, сами бурильщики утверждают, что это к ним прикреплен геолог, и никак не наоборот). Задача Суховской и Сафроновой – документация скважины. То есть они должны фиксировать в каком месте, на какой глубине и в каких условиях были подняты куски породы – керн. Их нумеруют и раскладывают по специальным ящикам. Затем для анализа отправляют в Екатеринбург в головной офис Уральской геологосъемочной экспедиции. Там полученную информацию анализируют и делают выводы о перспективности того или иного месторождения. Пока в горах Приполярного Урала идут поисковые работы. Профили для скважин бурят примерно через каждые 10 километров. Если найдут медь, перейдут к разведочной стадии – расстояние между буровыми уменьшится в десять раз.

С каждым геологом заключен срочный контракт до 31 декабря 2010 года. Это считается хорошей перспективой. Еще несколько лет назад таких длительных контрактов в рудной геологии практически не было. По большому счету разведкой вообще серьезно не занимались с начала 90-х годов.

- В свое время кто-то шибко умный сказал: «Зачем нам тратить деньги на изучение всяких камней? У нас уже разведанных запасов на 150 лет вперед», – говорит Ольга Суховская. – А недавно выяснилось, что рудная база многих металлургических предприятий фактически истощена. Какие уж там 150 лет. Еще немного и они элементарно начнут останавливаться. Тут нас опять спасло чудо в лице мирового кризиса. Объемы производства упали, сырья надо меньше, и появилось время на разведку и разработку новых месторождений. Так что и в кризисе есть свои плюсы. Как-то так.

***

- Мужики, мне сегодня всю ночь Анна Семенович снилась.

- Переспали?

- Не успели. Василий разбудил.

- Ну раз во сне не успел, значит, на работе сегодня затрахаемся. И будем знать, что Васька во всем виноват.

Сны бурильщики всегда толкуют просто. Причем, почти всегда стопроцентно попадают в цель. Через час в болоте героически утонет бульдозер, который перетаскивал жилой балок лесорубов «Ковчег» на новую точку.  Им предстояло расчистить очередное место для буровой – так называемый «профиль». Из полыньи бульдозер вытаскивают несколько часов. Остальную колонну пускают в обход.

- Я изобретателям этого балка письмо напишу, - двухметровый лесоруб Дмитрий Кудисов записывает электронный адрес производителей жилого вагончика. Он крупно красуется на боковой панели «Ковчега». – Так-то в качестве жилья он вполне сносный. Тепло держит не хуже термоса. Вот только пусть шконки и шкафы крепче к полу и стенкам привинчивают, а то опять оторвались.

Кудисов живет в небольшом уральском городе Качканар. Раньше работал на местном горно-обогатительном комбинате. Последние три года мотается по северным вахтам.

- Не могу я долго дома сидеть. Тянет сюда по новой, – объясняет Кудисов – Одноклассники, например, не особо меня понимают. У нас все более или менее устроились. Кто в коммерсанты ушел, кто-то в Москву, кто-то в бандиты. Один я по лесам лазаю. Они меня лешим называют. Вернусь с тайги, выйду в аську, а там сразу «О! Леший из леса вышел». Север - он как наркотик. Затягивает. Ну, и слабых не любит. Не держатся они здесь.

Переезд буровой к новому месту занимает весь день. Сначала вездеходами тащат саму вышку, затем жилые балки, потом водовозку. Все они установлены на специальных полозьях. По другому по тайге их не перетащить. Местные направления дорогами назвать нельзя даже с большой натяжкой. В Сибири такие зимники называют «пролазами» (по ним нельзя проехать, можно только пролезть). А расстояния меряют в ЗУМах, что расшифровывается как «Задница-Удар-Минута». При движении трясет так, что считаешь не километры, а удары по пятой точке.   

- Сейчас цепляем балок, в котором бурундуки живут – из подъехавшего вездехода высовывается улыбчивый мужик. Василий Артемьев бурундуками называет бурильщиков. Себя он гордо именует кабинетным работником. Потому что работает  в кабине вездехода. – Торопиться нам особо некуда. Буровую все-равно не починили. Никак запасные железки подвести не могут.

Артемьев практически местный житель. По национальности зырянин. Живет в поселке Саранпауль примерно в 250 километрах отсюда. 18 лет отработал на лесоповале. Говорит, что соседи над ним подшучивают – вроде как два срока отмотал. На большой земле почти не бывал.

- Там рядом с новой точкой озеро. Так что за водой теперь долго ездить не придется.– Основная задача тракториста Артеева постоянно обеспечивать буровую водой. Она идет и на технические нужды и используется для приготовления пищи. В редких случаях для питья топят снег. -  Вы если что у меня спросить хотите, то в правое ухо говорите. Левое я в тайге отморозил.

По дороге к озеру встречаем группу коренных жителей – манси. Четверо мужчин возвращаются с охоты. Ходили в тайгу за 20 километров. У каждого по навороченному сотовому телефону, которые знать не знают, что такое сигнал. Мобильники манси используют исключительно как фотоаппараты.

- Вот из кого надо олимпийскую сборную по биатлону формировать. – улыбается «кабинетный работник». – Против них ни у кого шансов нет. На лыжах сутками бегают, с допотопного ружья белку в глаз завалить на раз могут.

Манси – небольшая народность финно-угорской группы – живут в окрестной тайге на небольших заимках на расстоянии 20-30 километров друг от друга. По их понятиям это близко. У манси длина привычного нам километра вообще категория переменчивая. Все зависит от погоды и настроения. Пару километров в зависимости от этих составляющих они могут проходить и за 15 минут, и за полдня. Тем не менее приезжие с большой земли туземцев недолюбливают. Точнее – не туземцев, а государство, которое позволяет себе в отношении малых народов слишком много социализма. За то, что на родовых мансийских охотничьих угодьях сейчас добывают полезные ископаемые, власти доплачивают аборигенам весьма существенные суммы. Недавно даже пригнали им абсолютно бесплатно какое-то транспортное средство на восьми колесах отечественного производства. Название аппарата манси тут же позабыли, зато метко и накрепко окрестили его еботрясом.

В  60 километрах от новой базы бурильщиков живут главные мансийские «звезды». Семья из трех человек: мать и две дочери. Здесь их называют амазонками. Мужчин в семье нет. Женщины и на охоту и на рыбалку ходят сами. Причем, получается это у них даже лучше, чем у представителей сильного пола. В свое время приезжих амазонки поразили пешим февральским походом в ближайший магазин за солью, мукой и патронами. Шли несколько суток, ночевали прямо в тайге. Волков отпугивали громким шумом: специально взяли с собой тазик и поварешку. Стучали и шли.

Буровую на новом месте сегодня так и не запустили: не успели. У геологов появляется незапланированное свободное время. Суховская и Сафронова садятся разлиновывать учетные тетради. Они еще советского образца, напечатаны 25 лет назад. В этой экспедиции вообще часто попадаются вещи и оборудование с надписью «Сделано в СССР». Перед сном на ноутбуке смотрят сериал «Ликвидация» (электричество дает мини-дизель, установленный на стоянке). Действие фильма опять происходит в Советском Союзе. Программы, посвященные современной России, в таежной глуши пользуются не популярностью, а презрением.

- Если бы можно было что-либо изменить, я все-равно пошла бы в геологи. Я пробовала работать на заводе. Не смогла. Там все регламентировано. В тайге свободы больше, а без свободы я не могу. Чтобы здесь работать, нужен определенный склад характера, – Ольга Суховская пытается объяснить, почему она до сих пор не ушла из профессии, несмотря на маленькую зарплату и экстремальные условия работы. -

Здесь геологу нужно быть упрямым. И не только геологу. Чтобы залезть на эту гору, пройти это болото.  Это главное качество. Нужно быть упорным, ведь на тебя народ смотрит. Не каждый бульдозерист на большой земле полезет в болото. Наши отчаянные ребята лезут.

Утром Суховская пойдет в тайгу показывать лесорубам место для вырубки новой просеки для буровой. Провалится под снег, в кровь разобьет лицо и выбьет себе четыре зуба. Через сутки ее отправят на большую землю.

***

- Николаич, а чего это у тебя рука вся в крови?

- Это я начинающим бурильщикам показывал, как делать нельзя.

Буровой мастер Михаил Степанов человек специфический. Шутит с абсолютно серьезным выражением лица, а о серьезных вещах говорит с улыбкой. По первому образованию он геолог, в бурильщика переквалифицировался позднее. Говорит, что на первую вахту еще 30 лет назад пришел устраиваться сварщиком, но сварщики не требовались. Пришлось учиться бурить. Сегодня он один из лучших российских специалистов в своем деле. Вслед за отцом в бурильщики пошел и сын Степанова, хотя и учился на авиамеханика. Вместе они работают уже второй год. После общения с мастером Степановым рушится очередной миф: далеко не все едут на Север за большими деньгами.

- Да, многие сюда идут за рублем, вахту просто отсидеть, в конечном результате они не заинтересованы. Таким я сразу говорю: брось ты это дело, – немного виновато объясняет Степанов. – Результата не будет, если человек мотивирован только на материальный интерес. Деньги не главное, как бы это нам из телевизора ни внушали. Главное результат. Я вот особо с заказчиками о цене не торгуюсь.

Торговаться с заказчиками Степанову действительно не приходится. Просто нет времени.

- Бывает, что едешь домой с вахты, и тут же звонят, говорят, что есть работа. Даже заехать переодеться времени нет. В прошлом году получилось, что без заезда домой ехал по точкам из Благовещенска сначала в Иркутск, потом в Горный Алтай, потом в Курган, затем в Архангельск.

После Приполярного Урала Степанова уже ждут в Забайкалье, на Чукотке и в Хабаровске. География поездок ярко свидетельствует о том, что слухи о смерти рудной геологии явно преувеличены. В начале 90-х Михаил Степанов, как и многие коллеги, остался без работы. Пришлось даже стать «челноком». Сейчас вновь вернулся к любимому делу. Учит правильно бурить и наших, и иностранцев.

- Сижу как-то на объекте, прибегает охранник, говорит: «Вам там из Нью-Йорка звонят». Ну, я шефу говорю: «Это Буш, у него там опять проблемы с окорочками, совет нужен. Пусть перезвонит через 15 минут». Посмеялись, в общем. Через 15 минут опять прибегает охранник, снова из Нью-Йорка. Я говорю: «Ну, это или опять Буш или негры возле Белого Дома митингуют». Оказалось канадцы. Сами оборудование выдумали и у меня консультируются, как им лучше пользоваться. Фирма «Лангир». Везде, где оно используется, я был. Например, в Израиле.

Мысленно Степанов уже в Забайкалье. Там предстоит сложнейшая работа. На золоторудном месторождении нужно пробурить семь наклонных скважин глубиной до 2 000 метров. Герою Брюса Уиллиса из фильма «Армагеддон», бурившему астероид во имя спасения человечества, такое и не снилось. Кстати, если посчитать метраж всех пробуренных Степановым за 30 лет скважин, то выяснится, что он уже не раз насквозь просверлил земной шар.

- Тебе геолог дает точку и задачу пробурить. Как ты пробуришь – это твои проблемы. Конечно, любой бурильщик пробурит, но один это сделает за неделю, другой за два дня, третий за год, - говорит Степанов - Самое сложное довести до людей новшества в работе, сломать сложившуюся практику бурения. Например, приехал я на точку в Курганской области. Я там еще 25 лет назад начинал работать. Прислали меня в помощь, заказ серьезный, а они месяц пробурить не могут. Я пробурил за три дня. Причина-то была всего лишь в том, что за 25 лет технология их работы практически не изменилась. Люди просто не хотели ничего менять. Это неправильно. Вы  если вечером в темноте на соседнюю буровую пойдете, то фонарик не забудьте. И громко шумите, анекдоты там рассказывайте. Волки шума боятся. Не нападут.

***

На главной базе, вокруг которой разбросаны многочисленные буровые, есть спутниковый интернет. Аська позволяет мгновенно связываться с любым нужным специалистом в любой точке мира. С буровиками и полевыми геологами общаются по старинке с помощью рации. Со стороны этот симбиоз суперсовременных ноутбуков, спутниковых тарелок, GPS-навигаторов с валенками, шапками-ушанками, разбитыми вездеходами и печками-буржуйками смотрится не то чтобы нелепо, но как-то неестественно. Но вахтовиков это не смущает.

Вечером можно по интернету общаться с друзьями и обсуждать новый айфон, а утром по грудь в снегу валить лес для того, чтобы вытащить провалившийся под лед бульдозер. Как-то по электронке решали - каким способом провести на следующую вахту охотничьи ножи. Лететь предстоит на вертолете и при посадке милиционеры ножи попросту безвозвратно конфискуют: закон есть закон. Уговоры из серии «Мужики, мы же в лес едем! Как там без ножа-то?» на людей в форме не действуют.

- Не надо меня фотографировать! Я в розыске, - улыбается водитель вездехода здоровяк Василий. Родом он из Казахстана. После развала Союза переехал в Приполярье. Сначала работал на золотоносном месторождении в поселке Саранпауль.  Потом хозяева рудника решили, что русские работают неэффективно и пригласили на их место финнов.

- Им зарплаты сказочные положили и сауну специальную построили, - мрачнеет Василий – А они в таких шоколадных условиях всего два килограмма золота за год добыть смогли. Мы-то в свое время по восемь килограммов оттуда выскребали. На этом месторождении тоже самое будет. Мы разведаем, здоровье положим, а пользоваться какие-нибудь горячие финские парни приедут. Они же эффективные.

Вообще жизнь на вахте в точности копирует принципы жизни на большой земле, которая называется Россия. Здесь также ругают матом московское начальство. Жалуются на маленькие оклады и дороговизну продуктов (их стоимость вычитают из зарплаты). Недовольны качеством отечественного оборудования и техники. Здесь нет внятно сформулированной конечной цели всей работы. Есть только примерное направление, в котором нужно двигаться несмотря ни на что. И несмотря ни на что геологи, бурильщики, лесорубы идут вперед. В том, что они дойдут, добурят и дорубят, можно не сомневаться. И хотя каждый из них понимает, что в жизни  лично его или его семьи ничего не изменится - сколько бы меди, золота, угля и кварца они здесь не нашли, эти люди будут идти напролом. Все-таки Россия – страна северная. На месте стоять нельзя. Тот, кто стоит на месте, замерзает.


×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
taxi-vovrema.infoVK taxi-vovrema.infoVK 1 мая 2018
такси южная люберцы -vovrema.info/page/taksi-yujnaya-lyubertsi/
Константинович Андрей 18 января 2011
Интересно что за фотоаппарат здесь учавствовал)
http://www.arenda-techniki-spb.ru
Абрамов Илья 15 января 2011
Согласен. Где аналитика, которой так примчателен "РР". Байки, конечно, весело читать, но нет ни слова про проект "Урал Промышленный - Урал Полярный", в рамках которого и происходит переоценка запасов восточного склона Урала. Где про несправедливый делёж тендеров, когда уральские геологи лапу сосут, а Москва делит "своим да нашим". Те уже спускают объедки в регионы: "радуйтесь, вот, работа!" Лично был в тех краях: геологи оконтуривали рудное тело в истоках Лозьвы, так они были с Воронежа!!! А техника с Москвы. Уральские рудные геологи, научные школы в стороне.
Про манси такие захудалые штампы-байки, аж трясет. Ну зачем эту хрень про волков писать, про барыши "с неба". Почему сами не посмотрели, репортеры. Если Самбиндалов в кадр попал, это еще не значит, что можно писать домыслы вахтовиков. В Ушму бы по пути заехали, - посмотрели как на казенных харчах живется манси.
Статье незачет, а чтиво любопытное.
Гиль Александр 8 января 2011
Очень поверхностно. Ваши корреспонденты побывали только в одной из двух работавших на площади партий, наслушались местных баек и с наслаждением их привели в репортаже, выхватили далеко не самых интересных персонажей (вероятно по принципу - наиболее разговорчивые сойдут за основу репортажа). Фотографии - вообще шлак.
Не профессионально, наверное этим объясняется отсутствие статьи на страницах журнала.
Кубраков Виктор 6 января 2011
Спасибо, ребята, молодость вспомнил. У нас три дня недели было: воскресенье - когда в дождь не работали, четверг - когда поймали рыбу, а так - всё понедельник, понедельник...
Недавно посмотрел космоснимки речек, где золото искал в 70-х - всё перерыто. Значит, тонн 6-7 добыли, недаром я комаров кормил. А за деньги такое не делается. Геология -не профессия, а образ жизни.
Путин Владимир 6 января 2011
Блин -52... вот так то, а еще говорят де скать зарабатывают много... Ну дак и работка!
Сорвачев Андрей 6 января 2011
прекрасный репортаж.
Иваницкий Михаил 4 января 2011
Как то все не совсем так, мот это госконтора конечно - там маразма хоть отбавляй)Как вспомню Запсибгеолсъемку, еффективные менеджеры, эффективно осваивают
Google michael.mach.f095@gmail.com 3 января 2011
отличные фото. замечательный текст. спасибо.
Декматбетов Вольф 3 января 2011
Суровая,однако,романтика.
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение