--

Кореш Лехи Ляхова

Игорь Растеряев на ютубе, на комбайне и в национальном подсознании

Одни уверены, что это реальный деревенский самородок, другие в курсе, что на фоне бескрайнего русского поля рвет гармошку актер из театра «Буфф». Есть мнение, что он «совесть ютуба», но имеет место и подозрение, что перед нами обыкновенный питерский сноб, который морочит людям головы. Для кого-то он продолжатель традиций скоморошества, но есть и такие, кто видит в нем нечто среднее между Высоцким, Чистяковым и Джимом Моррисоном. Доподлинно широкой публике известно лишь одно: Игорь Растеряев ворвался в наши головы верхом на композиции «Комбайнеры». Вышло все случайно. — Я вообще ни при чем, — вспоминает Игорь. — Это все Лёха Ляхов, мой московский друг. Ради прикола снял песню на видео и разместил в интернете. А я и слова-то такого не знал — «ютуб». Он мне говорит: «Ты уже там». Я отвечаю: «Здорово. А что это такое?»

Игорь Найденов
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

15 февраля 2011, №06 (184)
размер текста: aaa

Казачий хутор Глинищи. Полсотни дворов, медвежий угол Волгоградской области. Мы сидим в хате, где живет молодой лесовод Вова Буравлев, именно ему посвящены «Комбайнеры», взорвавшие интернет. Уютно тикают ходики. Игорь вспоминает свой концерт в московском клубе. «Вову там я представил так: “И впервые в Москве, а также вообще в каком-либо другом городе, кроме Михайловки и Арчеды, Вова Буравлев!” Зал возбужденно встрепенулся: “Комбайнер, это же комбайнер!” А Вова вышел на сцену, произнес с достоинством: “Добрый вечер, дамы и господа” — и прочь от этих дикарей. Зрители в восторге загудели: “Он нас стесняется, значит, он настоящий”».
 

Между Брокгаузом и Ефроном

— Сборище дураков, — комментирует Вова свое скоротечное появление на столичной публике. — Смотрю, пап, — объясняет он отцу-казаку, — сидят дети натуральные, только сильно испорченные взрослыми. С комплексами. И если верить Иоанну Кронштадтскому, изнуряемые бесами. А потом глянул вдаль, на галерку — там Женя Михин, Андрюха Карасев — земляки. Легче стало. Но все равно: я две песни послушал и ушел.

Что там говорить, зажиточная публика явно соскучилась по «настоящести», устав от силиконовых б…дей и безголосых мужеложцев. Неудивительно, что ее заинтриговала искренне-отважная манера исполнения Игоря Растеряева, в которой он повествует про всепоглощающее пьянство, всепроникающий ислам и любовь к родине, какой бы она ни была, тем более что у него она — вовсе не уродина.

За короткое время ролик с песней про комбайнеров посмотрели более миллиона человек.

После этого появились «Русская дорога», «Ромашки», «Казачья», «Богатыри»… В начале февраля у Растеряева вышел первый альбом.

Незамысловатым народным языком — но без этих псевдосельских словечек вроде «имает» или «кочет» — говорит он то, что мечтали бы сказать вслух многие, но не решались. Например: «Кондолиза Райс — сучка». А разве есть такие в наших пределах, кто думает по-другому? Или вот: «Русская деревня вымирает от водки». И это не новость. Но очень хотелось бы потешиться над тем, как об этом спел бы некто Стас Михайлов.

Между тем сам Игорь Растеряев оказался не так прост, как тот парень в ролике — взлохмаченный, с физиономией неумеренно употребляющего тамады. Многие «клубящиеся» приходят посмотреть на периферийное чудо, а видят коренного питерца из семьи художников, артиста театра. К тому же не пьет и не курит, и даже имеет на этот счет логичное оправдание: «Боюсь исчезнуть как вид».

В своих песнях он помещает деревню и город по разные стороны некоей воображаемой границы. Но не баррикады. «Далеко от больших городов, // Там, где нет дорогих бутиков, // Там другие люди живут, // О которых совсем не поют». Там, в деревне, и только там, по его убеждению, проистекает не замутненная ложью и блажью русская жизнь. И вот что еще: тамошние жители, в отличие от горожан-офисян, работают, а не дурью маются: «Комбайнеры, трактористы, грузчики арбузных фур, // Эти парни не являются мечтой гламурных дур».

Вова Буравлев — один из них. Человек в своем роде уникальный: лесовод и пастух, штудирующий древнегреческих философов; выходящий на пастбище со словарем Брокгауза и Ефрона. Всего Шопенгауэра истрепал. Слушает пластинки Шнитке и речи известных государственных деятелей.

— Представь картину, — рассказывает Растеряев, — он пасет овец, за поясом книжка. Подхожу. И такой происходит диалог: «Что читаешь, Вован?» — «Да Гомера перечитываю. Дельно пишет. А Конфуций — говно».

Растеряев — певец антигламура? Он себя таковым не ощущает. Хотя если люди хотят так думать… Желание почтенной публики — закон.

— Сижу я дома, никого не трогаю, — говорит Игорь, жадно прихлебывая тюрю из плодов терновника, чисто казацкую пищу. — Звонят из одного журнала: «Давай репортаж. Только надо в студии сфотографироваться. Какой у тебя размер одежды и обуви?» — «Подождите, вы спутали, наверное, я же не Наталья Водянова, я же из Глинищ, кореш Лёхи Ляхова, сосед Вовы Буравлева».

Тынс-тынс-тынс

Ему нравится находиться по ту сторону «границы», в селе Раковка, на родине отца, где одеваются в ноское и немаркое, где чище воздух и отношения между людьми. Хотя по Питеру он ходит в брендовой одежде и ездит не на «козле» — на иномарочке. Трагический дуализм или секреты актерского мастерства?

— Сижу дома, никого не трогаю, — вспоминает он весело, рассказывая свою очередную историю многочисленным раковским родственникам, двоюродным братьям, дядьям и теткам, которых по-местному ласково зовет дяденьками и тетеньками. Его твердое питерское «г» сначала незаметно становится мягче, а вскоре он уже безудержно «хэкает». — Звонят: «Мы из государственного агентства по делам молодежи. Хотим снять клип». Серьезная контора.

— Как определил, что серьезная? Потому что государственная?

— Нет, не поэтому. У серьезной справа должен висеть портрет Медведева, слева — Путина.

— Так и было?

— Почти. Заходим в кабинет. Видим, что Медведев-то на месте, а вот Путин выпилен в бетонном простенке электролобзиком. Монументально. В профиль. А за столом сидит товарищ в тельняшке с лицом комсомольского вожака. «Привет, ребята, я Вася Якеменко. Ну, что я тебе могу сказать? — говорит Вася. — Вот, хотим мы тебе клип сделать. Мне у тебя в “Комбайнерах” понравились две вещи. Ритм бодрый. И второе: в Москве одни пидарасы. На этом наше совещание считаю законченным. Идите, работайте». Выдают мне режиссера, съемочную группу. Мы приезжаем в Раковку. Набираем артистов — чуть ли не все жители массовкой заделались. Вовка Буравлев, кореш, в главной мужской роли. Анюта Коняшкина, соседка, — в главной женской. Косит два дня от учебы в арчединском лесхозе — ради искусства.

— У клипа, говорят, должна быть концепция.

— Концепция простая. Мальчик Вова утром после гуляний провожает девочку Анюту, подходят к калитке ее дома. Бабка ее палит, Вову прогоняет костылем. Он бежит, начинается песня. Мы видим, как он заводит мотоцикл «Урал» и едет в поле, где уже собран консилиум комбайнеров под руководством фермера дяди Саши Гурова, которого сыграл дядя Саша Гуров. Приезжает Вова, глушит мотор, подбегает в кепке и майке Russia к дяде Саше. Тот ему: «Вова, что же ты? Солнце уже высоко, а поле не убрано». Он в ответ: «Дядя Саша, вспомни, ты же сам был бабник». А параллельно я — расположился на колодочке и песню играю. Одним словом, фильм «Вкус хлеба», вторая серия. Тем временем Анюта Коняшкина, которая, ежу понятно, доярка, вместе с подружками гребет навоз. Но так как все фермы у нас были развалены еще в девяностых, то снимали мы на личном подворье тети Наташи Кудряшовой. А дальше они встречаются там, где снова я, только уже на сцене. По дороге их, конечно, цепляют плохие парни, которые пьют водку и закусывают арбузами. Но влюбленные не замечают их хамства и садятся в зал. Все.

— Что же клипа не видно в эфирах? Нехорош вышел?

— Понимаешь, к самому клипу у меня претензий нет. Клип качественный. Другое дело, что видеоряд не отражает песни. И аранжировка получилась дискотечная. Тынс-тынс-тынс: «Выпил C2H5OH, // Cел на “Ниву Ростсельмаш”, // На ДТ, «Дон-500», Т-150, // Покормил перед этим поросят…» Я подумал: зачем мне это? Чтобы светануть мордой на экране? Это будет не обо мне. И самое главное — не о комбайнерах. Это будет о продаже клипа на канал «Муз-ТВ».

— Все пропало?

— Мы не привыкли отступать. Я позвонил своему однокурснику Юрке, взяли камеру, приехали в Раковку и все сделали за два дня — фрагменты этого клипа мы теперь на концертах крутим. Картинка такая: сидит девочка и лепит из хлебного мякиша человечков и комбайн, а на настоящем комбайне сижу я, пою. Девочка подносит человечка к глазам, и в кадре появляется лицо настоящего комбайнера. Берет другую фигурку — другое лицо. И так четырнадцать лиц. Реальных, своих, местных, как они есть. Чтобы они стояли, смотрели на этих гламурных дураков и спрашивали: «А сколько ты намолотил ячменя в своей жизни, чучело?»
 

Я крокодил

В отличие от многих ютубовских звезд, Растеряев успел много чего добиться и до того, как проснулся знаменитым.

После окончания Санкт-Петербургской академии театрального искусства он с товарищем отправился трудо­устраиваться в БДТ. Вышли на сцену, показали, что задумали. В зале — Кирилл Лавров.

— У этого голоса не слышу, а у этого лица не вижу, — сказал мэтр.

А Игорь ему:

— Вы, Кирилл Юрьевич, свет бы нормальный включили. Кто же острохарактерных при дежурном свете смотрит?

В общем, в БДТ поступить не удалось. Зато взяли в камерный «Белый театр».

Труппа зарабатывала детскими представлениями, разъезжала на «шестерке» ввосьмером. Среди партнеров Растеряева были Ревушка-коровушка, Гонзик и дед Габадей. Сам Игорь играл крокодила. В соответствии с традицией средневековых ярмарочных мистерий ему надо было выйти на сцену и первым делом сообщить зрителям: «Я крокодил». Чтобы не было иллюзий.

Хвост и нос мазали зеленкой.

— Помню, однажды пришлось спать в здании дома культуры, завернувшись в кулисы, а Андрюха, коллега, разматывал нас в туалет. Иногда на спектакли приходили бродячие собаки. А детей мы делили на хороших и плохих: хорошие садились в зале и сразу начинали играть в тетрис, плохие доставали лазерные указки и метили нам прямо в глаз.

Сейчас в питерском музыкально-драматическом театре «Буфф» Игорь Растеряев занят в спектаклях «Женя, Женечка и “катюша”» и «Небесный тихоход». В детских спектаклях и на елках играет волка.

— Я пока не нащупал этот образ, — говорит. — А напарник на раз его делает.

Заходим в дом очередных раковских родственников. Растеряеву надо всех обойти, раз приехал, никого не обидеть вниманием.

— Как там у бати в Питере дела? — спрашивают дяденьки и тетеньки.

— Ходили тут с ним в филармонию. — Игорь, как всегда, на серьезные вопросы отвечает байкой. — Заявляемся, а там дискуссия. «Элитарное и массовое искусство». Кругом интеллектуалы, гуманитарии. Кто-то на рояле что-то, дядька стихи читает, а тетка кувыркается.

— А о чем стихи-то?

— Я не очень понял. Это же элитарное искусство. Зато потом начались дебаты. Мне запомнилась фраза одной дамы: «Я вам заявляю, как дочь двух музыковедов и внучка одного композитора…»
 

Бабло не спит

Он больше любит спрашивать, чем отвечать.

— Как ты относишься к Шевчуку? — спросит.

— Ну, музыкант, по-моему, не должен так глубоко залезать в политику, — отвечаю.

— Ага, — то ли соглашается, то ли нет, не разобрать.

— А как тебе эта идея с георгиевскими ленточками — дарить их всем на День Победы? — снова спрашивает он.

— Хорошая идея. Только надо было тендер нормальный провести на их изготовление, а не отдавать своим, прикормленным.

— Ага. — По крайней мере записал себе в мозг.

Редко встретишь человека, который так внимательно слушает не себя. Бог знает, как оно потом и во что трансформируется. В нашем случае трансформировалось в новый хит. Так и называется — «Георгиевская ленточка». Через месяц после Раковки я уже слушал эту песню на концерте Растеряева в Москве: «Сегодня эту ленточку носить // На сумке можно, можно — в виде брошки. // Но я прекрасно помню и без лент, // Как бабка не выбрасывала крошки».

Впрочем, реципиенты тоже не дремлют сложа языки. Особенно когда дело касается похабщины.

— Сижу дома, никого не трогаю, — вспоминает. — Звонок. Баритональный бас: «Але, Игорь? Растеряев? Это монах Афанасий с Афона. Ты что же, мерзавец, делаешь?» — «Извините, а что случилось?» — «Мы тут в монастыре тебя уже почти уважать начали, как вдруг наткнулись на песню про Лину и Дашу, которые идут нах…» — «Простите, это из раннего». — «Ты давай не оправдывайся. Материть наших хороших русских девочек запрещаю. Ибо сам иногда матерюсь». — «Это как же, батюшка-монах?» — «Ну, как-как. Приезжают летом губернаторы российские. У них там леса горят, а они на святую землю приперлись. Ну, я им прямо с порога и зарядил: “Пипец вам, ребятки, скоро настанет”. — «Какой пипец?» — «Залезь “ВКонтакт” — узнаешь. Набей: “монах Афанасий”, песня “Поздняк метаться”. И в моем “ЖЖ” зацени раздел “Чемодан, вокзал, Баку”. Ничего, мы тебя на перековку-то на Афон возьмем». Короче, еле отбоярился.

— Точно монах? Может, сумасшедший? — спрашивает тетенька.

— Да вроде действительно монах. Я набивал в интернете песню «Поздняк метаться». Там речь о том, что на шахте «Распадская» случился взрыв, а Абрамович, гад, тем временем купил два замка. А после моего первого концерта он сделал запись: «Из народного певца в деревенские клоуны».

Впрочем, и без всяких монашеских наставлений Игорь Растеряев не спешит обналичивать свой талант и скороспелую известность.

Дело к ночи, а мы едем на машине по темным раковским полям. Звонит телефон. Оказывается, руководство завода «Ростсельмаш» решило его премировать за наиболее полное раскрытие образа сельского труженика. Предлагают приехать и забрать 350 тысяч рублей. Игорь не ханжа — если из лучших побуждений, почему бы и не взять? Но впоследствии он передаст их фонду «Подари жизнь», потому что обнаружится, что директор предприятия возглавляет политическую «Партию дела» и с премией не все так бескорыстно.

— Ты вообще заработал хоть что-то? — спрашивает его тетенька Галя.

— Я решил, сам не знаю почему, в эту новогоднюю кампанию вообще от чеса отказаться. Хотя предложений было много: Красноярск, Иваново, Казахстан. До 200 тысяч рублей в час обещали.

— Кто может отказаться от 200 тысяч рублей в час?

— Я как-то боюсь. Одно дело, когда ты играешь на ложках на корпоративе. И совсем другое дело, когда ты поешь про деревенских пацанов, которые умерли от водки. Мне не хотелось бы превращать это в развлекательную историю. Я принципиально не против корпоративов и зашибания бабла. Но пока еще не разобрался в себе. Решил притормозить, до выхода альбома.

Кстати говоря, многие из раковских в разное время работали в Москве. И сделали удивительный для себя вывод, что столичный люд встает раньше, чем деревенский, поднимающийся с первыми петухами: «В шесть утра едешь в метро — уже полно народу! Отчего так? Бабло не спит, говорят, и человеку спать не дает».

Москва — такое место: если кто засветился и баблом пахнет, такого в покое долго не оставят.

— Сижу дома, никого не трогаю. На меня только-только это все свалилось, и я еще не знал, куда ходить, что говорить, как себя позиционировать. По наитию шел. И немного заблудился. Попал на один федеральный телеканал, на ток-шоу. Я думал, может, там серьезная какая передача, может, мы поговорим про аграрный сектор. Прихожу с баяном, смотрю — какие-то два скорохвата сидят. Ролик прокрутили мой и начали глумиться: «Чего ты нам впариваешь? Нам сказали, ты комбайнер, а ты в дорогой толстовке. Откуда?»

Я сначала даже подумал, что они не в адеквате. Отвечаю: «В чем дело, товарищи? Я из Санкт-Петербурга, артист». А они ни в какую: «Ну давай, пой нам». Честно говоря, мне если что и захотелось в тот момент, так это точно не петь. Ладно, думаю, попал как хрен в рукомойник — лай не лай, а хвостом виляй. Пою про «Раковку». А эти подвывают. В общем, дальше было так: один из них кидает в меня скомканной бумажкой. Я сдержанный паренек. Говорю: «Не нравится мне ваша передача. Я думал, мы будем разговаривать о проблемах российской деревни, а тут какая-то херня». И ушел. Послал негромко, как положено.

— И это показали по телевизору?

— В эфир не вышло. Появилось в интернете. Если быть циничным и учитывать все эти шоу-бизнесовские прихваты, то мне это только на руку сыграло. Все стали говорить: ты крутой! И этих ребят в интернете стали есть поедом и даже серьезно угрожать. У нас же народ берегов не видит. А мне стали приходить такие, например, сообщения: «Кузнецкий ОМОН готов разобраться». Короче, удалось это дело погасить кое-как. Я написал в Сети, чтобы заканчивали травлей заниматься. Мы даже с ними помирились вроде.

— Теперь подобные предложения с ходу заворачиваешь, не доводя дело до эфира?

— Я мягко стараюсь с людьми разговаривать. Но они ведь все равно давят, давят, давят. Вот недавно предлагали фильм снять. Читаю сценарий — там примерно то же самое, что в клипе Васи Якеменко. Отвечаю: «Ну зачем это?» Не понимают. Тогда я вдруг вспомнил, что на людей больше всего действует честность. На всех без исключения. Поэтому я так напрягся немного для правдоподобия и резко говорю: «Что я, по-вашему, сердце в форточку, что ли, выкину?!» С интонацией хронического невротика.

Паяц? Паяц, но какой находчивый!

— Подействовало?

— Они сказали: «Хорошо, хорошо. Вы только не волнуйтесь».
 

Быть добру

Петляем полями. Как едем, на что ориентируемся — непонятно: глазу не за что зацепиться. Наш «жигуль», как неким оберегом, украшен хромированным волговским оленем. Навстречу движется машина. Это Саня Белоножкин, бывший гаишник, теперь пенсионер. Если бы у него как раз сегодня не было дня рождения, его стоило бы выдумать. Водка по зимнему варианту — теплая. Бывший гаишник тостует: «Быть добру!»

Здесь вообще везде шолоховщина: если самогон, то в трехлитровых бутылках, если завтракать, то целым петухом.

Бродим по хутору Глинищи. Заглядываем в домишко, который Игорь купил лет десять назад, — здесь, кстати, снимали тот самый ролик «Комбайнеры». Идем дальше. Разрушенные, брошенные дома чередуются с жилыми. Повсюду грусть, шныряют полудикие кошки. Игорь тычет пальцем то в одну хату, то в другую: здесь, сообщает, товарищ умер от выпивки, там — еще. Иллюстрация к его песне «Ромашки»: «Чтоб ни работы, ни дома, // Чтоб пузырьки да рюмашки, // Чтоб вместо Васи и Ромы // Лишь васильки да ромашки».

— А вот дом моего кореша Гриши Выпряжкина. Когда он в армию уходил, его медики осмотрели и хотели в Мос­кву отправить — в институт изучения человека. Сказали: двухсотпроцентное здоровье, как из энциклопедии шагнул к ним в кабинет. Все было идеально. Умер в 56 лет от водки.

— Дядя Саня умер, знаешь? — спрашивает Игоря брат Васек.

— А он от чего?

— От того же. Как раз продал гараж. Ну и загулял.

— И дядь Витя?

— И дядь Витя.

— А был еще один — утонул, он снайпером работал во вторую чеченскую. Другой на мотоцикле разбился. Вспомни, сколько пацанов младше нас уже померли, — машинально удивляясь, говорит брат Василий. — Тридцатник стукнул, и отъехали. А помнишь девушку? Она с постели перестала вставать. С утра просыпалась и лежала: нет никакого смысла, говорила.

— Чем здесь люди занимаются, трудно представить. Ну ладно — по хозяйству. А так? — спрашиваю я риторически.

— А «так» здесь не бывает, — отвечает Игорь.
 

При чем тут власть?

В Раковке и Глинищах к Игорю, честно говоря, относятся неоднозначно. Есть за ним кое-какие косяки. Он, например, дружит с божьим человеком Леней Макарочкиным, которым многие остальные брезгуют. До сих пор Игорь блестяще его копирует. Впрочем, о нем говорят разное: не то юродивый, не то йог.

Мало кто из земляков способен признать в Игоре талант. Что это: глотку драл перед девками у магазина — и вдруг звезда!

— Считай, на его песнях целое поколение у нас выросло, — сообщает тетушка. — То ДДТ споет, то Высоцкого, то дядю Васю Мохова.

— Пятичасовые концерты ежедневно давал, — подтверждает Игорь. — Вернее, еженощно. Надо было стараться — не схалтуришь. Люди приходили серьезные. Одни братья Лянги чего стоят! После такой закалки меня ни один сольник не испугает.

Все растеряевские песни таковы, что требуют обсуждения за накрытым столом. Будь я политическим журналистом, можно было бы написать, что песни Игоря Растеряева открывают простор для широких общественных дискуссий.

— Когда жрать нечего, народ думать начинает, — реагирует Вова Буравлев на «Ромашки».

— Грабить они начинают, а не думать, — отрезает его отец.

— И это тоже, куды деваться, — нехотя соглашается сын.

— Куды деваться? Город в деревню придет. Продразверстки начнутся. Эти алкаши комиссарами станут.

— Такое уже не вернется.

— Вернется. Это же Россия. Здесь все всегда возвращается.

Говорить «за политику» с Игорем трудно. Он ее чурается. Терпеть не может, когда его тянут под какие-то знамена. Потому и сам никого ни к чему не призывает, своей точки зрения не навязывает. Он избегает прямых оценок, он вроде локатора: получит сигнал, отразит в байке или в песне, а дальше — сам решай.

— Сижу дома, никого не трогаю. Звонит мне какая-то девушка из Сочи, говорит что-то, говорит — и я вдруг понимаю, что она меня ошибочно принимает за мастера-исполнителя русских народных песен. Я решаю ее не разубеждать. «Да, поем русские. “Ой, мороз, мороз”. С детского сада. “Шумел камыш” — моя коронка. И ту знаем. И эту выучим». А сам думаю: выступление еще не скоро — подготовлюсь, подберу на гитаре, выйду там, пущу романтическую слюну. Тем временем выясняется, что это мероприятие в каком-то ресторане проводит администрация Волгоградской области — программу социальную презентует, что ли. Прилетаю. Мне все нравится. О пальмы трусь как сумасшедший — еще бы: первый раз их вижу вживую. Прихожу в ресторан. Мне говорят: «Будешь выступать после группы “Сплин”».

Я в ужасе.

— Извините, — говорю, — вы представляете: они устроят драйв, раскачают публику, а потом выхожу я и начинаю выводить «С чего начинается Родина?» на акустической гитаре. Давайте я вам лучше что-нибудь на гармошке — нашенское, драйвовое. Они: «Давай. А что ты можешь?» Я: «То-то и то-то. И Шевчука».

Как же у них вытянулись физиономии! Вот так, — показывает, профессионально гримасничая. Получается маска из фильма «Крик». — «Какого Шевчука? Ты что, не знаешь? Шевчук же враг Путина!» Я им говорю: «Стоп, вы понимаете, что вы вот этими своими выходками идете сейчас вразрез с основными постулатами модернизации Дмитрия Медведева? У нас вообще что? Совок или демократическое общество?» А они меня даже не слушают. Такси ловят: «Везите парня в гостиницу, пусть там опомнится. Все. Мероприятие в семь». Я уезжаю, сижу в номере, думаю: что же делать? Решаю, что надо ударить их же оружием — идеологией.

Приезжаю, значит. Тут же нарисовывается администраторша, лукаво щерясь: «Игорек, все по списку. Начинаешь с Гарика Сукачева…» Я ее ласково так прерываю: «Вы извините, дело, конечно, не мое, но я бы на вашем месте Гарика поостерегся исполнять». — «А что такое?» — «Вы в Яндексе давно были?» — «Не очень». — «А вы не видели, кто на митинге в защиту Химкинского леса стоял на одной трибуне с Шевчуком?» — «Кто?!» — «Да Гарик ваш и стоял». — «Да ты что! Убираем! Срочно!»

Потом я в друзья Шевчука записал всех, чьи песни поленился выучить на гармошке. В оппозицию попали приличнейшие люди. Причем эти организаторы смотрят на меня и вроде как допускают, что я могу наврать, но этот вот страх, сидящий в них, не дает им со мной спорить — и они убирают, убирают, убирают. Потом я совсем обнаглел. Понимаю, что, убрав, надо предложить кого-то взамен. И я тут вспоминаю, что есть замечательная песня Булата Окуджавы «Десятый наш десантный батальон». Мне ее не то что выучить — мне ее уже не забыть никогда. Потому что сотни раз ее слышал на репетиции спектакля «Женя, Женечка и “катюша”». И вот говорю я по-хамски: «Есть такая замечательная песня, вы ее почему не вписали?» Они: «Какой еще батальон? При чем тут Окуджава?» — «А вам неизвестно, что Булат Шалвович написал эту песню, пообщавшись с ветеранами Сталинграда?» — «Что? Правда? Это же наша волгоградская тема». — «К чему и веду». — «Берем, берем!»

Короче, таким макаром я вписал туда все, что люблю и умел на гармошке: «Сектор Газа», «Чиж» — все они тоже стали заядлыми сталинградцами. В итоге я пою что хочу. А организаторы перешептываются. Один: «Нет, ну ты слышал, а? Родное все». Другой: «Ну а че? Подготовился парень». Под конец прибегает организаторша: «Начальство уехало! Давай Шевчука. Мы его лю-ю-юбим!»

И вот скажи мне после этого, дяденька: при чем тут власть?

Сольный концерт Игоря Растеряева в Москве. Заодно презентация его первого альбома. Популярный клуб заполнен почти до отказа. Публика по большей части трезвая. Если двумя штрихами — работники того самого офисного труда, которым автор противопоставляет героев своих песен. Впрочем, попадаются и попы без ряс, и скинхедоподобные юноши — все-таки патриотическая тематика. Игорь Растеряев, как Советский Союз, сплачивает этот разнородный зал на целые полтора часа. Дружнее всего подпевают в ключевом месте «Русской дороги»: «Запомните загадочный тактический прием, // Когда мы отступаем, это мы вперед идем!»

Не то чертовщина, не то кутузовщина. Хотя, скорее всего, все тот же тютчевский аршин. 

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Mail shiramura@mail.ru 13 января 2012
Феномен Растеряева вот в чем: это совершенно обычный русский человек. Вот посудите: сам он - не пьёт, не курит...

Ага, особенно на последнем клипе. Докурил взатяг и пошёл "колотить ячмень"...
Михайлов Сергей 9 июня 2011
Кому есть что сказать, приглашаем присоединиться:
-rasteryaev.livejournal.com/
Михайлов Сергей 9 июня 2011
Проект Игроь или не проект, сейчас уже абсолютно не важно.
Он поёт от души, а это не подделать.
Русским это нравится. Кому не нравится, не слушай себе на здоровье.
Часто возникает вопрос: а Высоцкий?
Творчество В. Высоцкого заняло своё место в русской культуре, но что-то не слышно чтобы его песни пел народ. Да слушаем, да уважаем, но не поём. Песни Игоря уже сейчас люди поют и уверен будут петь. Потому что любо! По душе. А кто сам по себе, с персональным самомнением, так это дело личное. Тешся им на здоровье.
Вот 976 отклика из России и других стран при номинации Игоря в Питере это показательно. Все остальные 49 номинантов вместе взятых меньше откликов получили.
Кому есть что сказать, приглашаем присоединиться:
-rasteryaev.livejournal.com/
попов артем 7 июня 2011
ну паспорьте ктонить са мной Гламур и дискурс хачу
попов артем 4 июня 2011
хз полный бред и тоска ниочем

дешовка какая то... ненатурально искуственно на злобу дня..коньюктурщег!!!!!!!!!!!!!

карочи ахтунг ,низачет и КГ / АМ.

ПОПса
Мангир Елена 9 апреля 2011
Игорь это чудо! Очень благодарна за его песни, за "Русский" взгляд, на нашу историю, положение, в котором оказались обычные, наши земляки. Мы все дальше и глубже падаем в какую то яму, кажется этому нет конца... С эктана доносится "Муси-пуси", и "Больше гламура...", отвратное завывание геев и трусов..., и тут он, что знаково с гармонью вещает "Комбайнеры"... Может мы и правда, должны услышать то что человек пытается донести, как можно привязаль Георгиевскую ленту к антене автомобиля? Это что? Тоже модная акция от тех кто жрал и пил в эвакуации, не видел ужаса войны, не терял близких? В Волгограде, когда была там, мне казалось что земля стонет, этот город стоит на крови, сколько солдат пало там, все они герои.... там воевал мой дед. Россияне, выше головы,пока такие мужики есть в стране, мы в надежных руках!...Браво! Игорь! Браво !
Михайлов Сергей 9 июня 2011
Мангир Елена: Вы правы, появление Игоря это чудо. Присоединяйтесь к нам -rasteryaev.livejournal.com/
Мы рады каждому кто любит творчество Игоря.
Mорудов Анатолий 28 февраля 2011
Господа вы все хорошие люди!Но я хочу вам посоветовать слушать песни не это псевдорусское, а великого певца и композитора Андрея Никольского!
Лесная Екатерина 28 февраля 2011
Mорудов Анатолий: Почему Вы решили, что Игорь Растеряев поет псевдорусские песни? Вы меня этой фразой очень озадачили.
Чего на самом деле не занимать в его песнях - так это искренности и душевности. Его и полюбили за то, что он поет с русским размахом, от всей души о том, что так волнует простой народ.

Кстати, 26 февраля он приезжал к нам в Новосибирск. Энергетика на его концертах просто незабываемая - он выкладывается по полной и от всей души. И в общении простой и честный человек. А Никольский мне не особенно нравится, нет в его песнях русской удали, чтоб душа свернулась, а потом опять развернулась.
Mорудов Анатолий 9 марта 2011
Лесная Екатерина: Это проект на тоске по простому.Как вы читали, Игорь пробовался в БДТ у К.Ю.Лаврова.Я хорошо знал Кирилла Юрьевича и если он не увидел в Игоре актера для театра, значит там и небыло искомого.В общем ничего другого не умеет, а жить надо.Вот выручило пиликание на гармошке ,счастливый, не Гарик Сукачев, а поет.Ну непросто определить жанр-то ли частушка, то ли бардовское под гармошку, то ли что вижу, то и пою.Думается, что гармонь здесь большой козырь, без нее бред.
Верба Михаил 12 апреля 2011
Mорудову Анатолию: Анатолий, вы считаете Сукачёва хорошим исполнителем???? Вот тут можно поспорить, хотя… здесь ничего не докажешь, у каждого исполнителя свои почитатели, в зависимости от своего уровня развития… .
Скажу одно, убирайте из лексикона слово «господа», господь один, незачем к нему примазывать людей живых…

Пока мы все о лирике судачим…
в стране не будет ни порядка, ни удачи.
Дело не в том, кто в соло крут, кто в стройном пенье хора…
Пора работать начинать как эти комбайнёры…

С одной лишь, но существенной поправкой…
без допинга из випивки и разнодымной травки.


И ещё… подумайте, были бы известны многие из современных исполнителей, если бы не электроника и назойливая раскрутка???

Михаил Верба, поэт, автор-исполнитель...
Лесная Екатерина 9 марта 2011
Mорудов Анатолий: Ну, у вас свое видение. Я с вами в корне не согласна, но спорить не буду, не к чему. Для меня Игорь - человек, который поет о том, что на душе наболело. И если он выбрал гармошку, значит она ему родней.
Google igorborodov@gmail.com 25 февраля 2011
Особая просьба поправить в статье название хутора, не Глинищи, а Глинище! В единственном числе!
Лесная Екатерина 24 февраля 2011
Хорошая статья.

Спасибо Игорьку за тексты песен, за исполнение от всей души. Заразила им многих друзей, слушают его с удовольствием, потому что он поет правду жизни, а она в наше время дорого стоит.
Kovalchuk Alex 23 февраля 2011
Услышал песню про ромашки случайно на Дожде. Еду в машине и до слез разбирает.. что то не припомню /на эстраде за последние годы/ такого точного попадания в нашу ситуацию... Растеряев - молоток, а его тексты похоже вечные, как русский мир.
Михайлов Сергей 9 июня 2011
Kovalchuk Alex: "Растеряев - молоток, а его тексты похоже вечные, как русский мир."
Хорошо сказал, присоединяйся к нам -rasteryaev.livejournal.com/
мы рады каждому кто любит песни Игоря
Печеникин Юрий 23 февраля 2011
Спасибо за статью.
Буду знать и при возможности схожу на его концерт, понравилось.
Рябой Дмитрий 22 февраля 2011
Очень хорошая статья, потому что раскрывает персонаж со всех сторон, чего не хватает в "этих ваших интернетах".
Феномен Растеряева вот в чем: это совершенно обычный русский человек. Вот посудите: сам он - не пьёт, не курит.
Однако же герой его песни "выпил C2H5OH", и только после этого пошёл пахать. А в другой песне он уже горюет о том, что друзья его умирают от этого самого химического соединения. Напрашивается вопрос - кто виноват в этом? А виноваты мы сами. И гламурные пи__расы в Москве, нюхающие кокаин в клубах, и комбайнеры, не ведающие жизни без того, чтобы выпить водки перед работой, если верить Растеряеву.
Разве не абсолютно все россияне испытывают те же самые, схожие проблемы? Мы же один народ, и по-моему, место жительства не делает нас сволочнее. Да, я тоже люблю, как Игорь, уехать в глубинку, одеться в старье, походить по лесам, по полям, пожить на природе. Но потом мне придется ехать обратно в большой город, чтоб зарабатывать себе на хлеб, потому что на "тыщи три" не прожить. И все это знают и понимают. Мне сразу не понравились "Комбайнеры". Потому что они далеки от реальности происходящего, они слишком наивны, и именно в этой песне проявляется главная негативная сторона русского человека: все п__расы, а я один бедный, добрый да пушистый. А остальные песни мне нравятся, потому что там нет про то, как надо пить водку.
А вот этот пассаж трогателен: "Смотрю, пап, — объясняет он отцу-казаку, — сидят дети натуральные, только сильно испорченные взрослыми. С комплексами. И если верить Иоанну Кронштадтскому, изнуряемые бесами. А потом глянул вдаль, на галерку — там Женя Михин, Андрюха Карасев — земляки. Легче стало. Но все равно: я две песни послушал и ушел."
Это вот так по-русски опять же. Хотя, я не был на концерте, и в чём-то согласен с этим простым парнем. Потому что одно дело - слушать эти песни дома, думать, что вот бедный наш русский народ, спаивают его, и грабят. А другое дело прийти в полный зал, послушать, и понять, что ну ничего не изменилось, пусть даже вокруг тысячи человек и все думают так же. Вот и получается "не то чертовщина, не то кутузовщина. Хотя, скорее всего, все тот же тютчевский аршин." Отсюда и вопросы -
Кто такой Растеряев? Куда ведёт его русская дорога? И ведёт ли она хоть куда-нибудь?
Рябой Дмитрий 22 февраля 2011
Правильно тут прокомментировали:
"Деградация нации настолько глубока,что уже различить настоящее или дурашливое,большинство неспособно."
И вдогонку: "Пьяница не может видеть Царствия Небесного. И что я говорю: Царствия! Пьяница не видит и настоящих предметов. Пьянство превращает дни в ночи, свет во тьму; пьяный, глядя во все глаза, не видит и того, что у него под ногами."
Гезалов Александр 21 февраля 2011
Творчество этого парня ближе к Сашбашу (А.Башлачеву).Жаль будет если будет пропиарен на ТВ и удавлен продюсснигом.
oldoy oldoy 20 февраля 2011
Вот Высоцкий пел когда-то "где второй такой, мы б с ним переговаривались" Ну появляются, однако. Шевчук стареет-вот Растеряев-завоевывай народ-есть планида! А политика-дак оно все политика, как ни крути.Разве развал страны не политика, и сидеть про цветочки петь? Ну тоже надо,конечно...
Grigoryev Dmitry 21 февраля 2011
oldoy oldoy: Не пойму, почему Вы прочите Растеряева на замену Шевчуку, они ведь совершенно разные! Лично мне Растеряев напоминает как раз Высоцкого - актёр, легко впитывает настроения из своего круга общения, и поёт об этом.

Только вот я не понимаю этих криков про деградацию, болото национальной культуры и прочее. Конечно, если самому себе назло слушать лишь Киркорова с Леоньевым и Шафутинского с Буйновым, такое впечатление и сложится. Но зачем?!
Ber Leon 19 февраля 2011
Говорю, как специалист: этот артист не просто самородк - он талантливейший и очень русский человек. Гениальный парень. Национальное достояние. Он один может вытянуть национальную культуру из того болота, куда ее сподобили опустить дегенераты. Пока существуют такие ребята, есть надежда. Россия не перестает удивлять. Дай ему Бог жизни и здоровья.
Михайлов Сергей 9 июня 2011
Ber Leon: Невозможно с этим утверждением не согласиться.
Кто не понимает этого, ну что же значит не дано понять. Надо их пожалеть, убогих.
Смыслов Михаил 19 февраля 2011
Кто-то говорил про поэзию, что это обоюдоострое копьё, одним концом воткнутое в душу поэта, а другим - в сердце читателя. Посмотрел видео, прочитал статью, копьё песен воткнулось глубоко. И за это спасибо Игорю. И авторам ститьи спасибо за то что познакомили меня и ещё многих с Растеряевым.
Mорудов Анатолий 19 февраля 2011
Деградация нации настолько глубока,что уже различить настоящее или дурашливое,большинство неспособно.
Михайлов Сергей 9 июня 2011
Mорудов Анатолий: Толик, начни с себя, не надо за всех расписываться.
Тимошенко Михаил 19 февраля 2011
Растеряев - молодец!!!! Простой русский парень, на гармошке с такими душевными песнями. Вот чего не хватало. И человек он похоже хороший (судя по видео и статье). Я тоже считаю, что у него новая русская песня, которая близка всем в нашей стране - и москвичам, и селянам. Но по-настоящему ее чувствуют те, кто родился и вырос в деревне, кто знает что такое ДТ-75, Т-150))))) Он дал нам что-то, что нас объединяет, а это главное!!!!!!
Владимиров Иван 18 февраля 2011
Успех Игоря Растеряева, связан с искренним исполнением песен. Люди понимают что Россия не заканчивается ни за третьим транспортным, ни за МКАДом, она более чем обширна. И ему, этому народу, до сих пор хочется слушать песни о нас и о нашем общем настоящем (Ромашки) и прошлом, иногда так необычно переплетающихся ("Георгиевская ленточка"). Песни о том, что волнует его самого. Плюс, конечно, хорошая поэзия песен Игоря Растеряева.
Голованов Ярослав 18 февраля 2011
Вот прочитал статью, послушал песни и подумал, что какая-то очень важная тенденция идёт сейчас в нашем обществе в плане своего национального самосознания, что ли... Не знаю как правильно сказать. Все эти националистические организации, акцентирующие внимание на славянской культуре, язычестве и т.п. В том числе православие, хотя понятно, что эта пропаганда властей, но она приживается именно потому что имеет отклик в душах людей, так как исторически так сложилось, не одно поколение вырастало на этих ценностях. Что-то ещё хотел привести в пример, но забыл. И вот сейчас появляется этот самый Игорь Растеряев, который незамысловато рубит на баяне о простых и всем понятных вещах, хоть я, например, и не являюсь сельским жителем, но та жа самая песня "Комбайнёры" вызывает у меня в душе какой-то отклик, кажется мне родной, близкой... Не знаю, какая-то генная память предков во мне может сказывается. Короче есть в обществе спрос на такого исполнителя, время требует его и это не случайно. А ещё поёт он искренне и думаешь про себя: "Наш парень, свой", а честность всегда была одной из важнейших ценностей в русском фольклоре, вот этот самый поиск правды, её защита, борьба за правое дело.

В общем очень интересная в нашем народе тенденция идёт, некий возврат к своим корням что ли... Главное во всём этом не увлекаться (а такие всегда будут) и не скатываться к шовинистической дряни. Хватит, было уже.
Panteiro Se 17 февраля 2011
Всё-таки, вы не сказали главного - Растеряев поёт "новую" русскую песню. Он - не столько к Высоцкому, сколько к "Чёрному ворону".
Коваленко Юрий 17 февраля 2011
Спасибо, здорово, красиво!
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение