--

Жизнь как кино

История поколения в лучах последней советской звезды

30 марта умерла Людмила Гурченко. Из жизни ушла последняя звезда советского кино. Она была знаменитостью в голливудском смысле слова: прошла путь Золушки, сыграла около ста ролей, пять раз была замужем, ставила актерство выше личной жизни и до последнего сохраняла вокруг себя ореол дивы, которая не имеет права на старость и даже на смерть. Как и любая настоящая звезда, она была символом своего времени, и по ее разноплановым ролям видно, как менялась эпоха — сначала советская, а потом и постсоветская.

5 апреля 2011, №13 (191)
размер текста: aaa

«Карнавальная ночь», Эльдар Рязанов, 1956

Новогодний концерт в Доме культуры под угрозой срыва: советский бюрократ Серафим Иванович Огурцов зарубает все подготовленные номера как идеологически сомнительные. Но молоденькая работница ДК Лена Крылова и ее друзья все равно делают веселую новогоднюю программу на свой страх и риск. Роль Лены прославила Людмилу Гурченко на весь Союз: оптимизм молодости точно попал в настроение начинавшейся «оттепели». В год выхода фильма состоялся ХХ съезд КПСС, который осудил культ личности Сталина, а в 1957-м в Москве прошел VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов; целому поколению, которое назовут потом «детьми ХХ съезда», казалось, что наступает новая эра.

 

«Корона Российской империи», Эдмонд Кеосаян, 1971

В очередном фильме про неуловимых мстителей Гурченко появляется в небольшой роли шансонетки Аграфены Заволжской, которая поет в парижском ресторане «Корнилов», где собираются русские эмигранты. Она поет две песни — скорбную «Песню Веры» о тяжелой женской доле и разудалую «Миль пардон»: «Надо к счастью быть поближе и к любви, // А в Москве или в Париже — се ля ви». Сама Гурченко — в розовых клешах, беззаботно танцующая в окружении мужского кордебалета, — воплощение затаенной тоски советского человека по красивой западной жизни.
 

 

 

«Мама», Элизабет Бостан, 1976

В вольной музыкальной экранизации сказки про волка и семерых козлят Гурченко сыграла роль Козы (Тети Маши). Фактически она изобразила советскую эмансипированную женщину — работящую мать-одиночку, которая все успевает, ни от кого не зависит и сама в состоянии защитить своих детей от любых невзгод и опасностей, в том числе и от Волка. Матерью-одиночкой она будет и в «Любимой женщине механика Гаврилова» (1981), только уже всерьез: ее Рита — главная героиня 1980-х, советская женщина, которая живет так, как ей хочется.
 

 

 

«Двадцать дней без войны», Алексей Герман, 1976

 

Фронтовой журналист (Юрий Никулин) получает двадцатидневный отпуск и едет в Ташкент. Там он встречает бывшую супругу, живущую с другим, и переживает короткий роман с ее подругой (Людмила Гурченко). Самая тонкая и лиричная роль Гурченко, играющей обреченную любовь, у которой нет будущего и для которой ценен каждый миг. Это один из первых негероических фильмов о войне, против всех канонов вдруг обратившийся от общественного к личному. В застойные 1970-е от оттепельной свободы почти ничего не осталось, и картина Германа вышла на экраны только благодаря заступничеству автора сценария фильма, советского классика Константина Симонова.

 

«Пять вечеров», Никита Михалков, 1978

Они расстались в начале войны и встретились лишь в середине пятидесятых. У каждого теперь своя жизнь, но оба одиноки и несчастны. Гурченко играет тихое отчаяние военного поколения, которое уже не способно утешиться коллективной эйфорией победы и все больше понимает, что война разрушила судьбы каждого из них.
 

 

 

«Вокзал для двоих», Эльдар Рязанов, 1982

История любви провинциальной официантки и московского пианиста, который из-за нелепой случайности застрял в ее городке. Одна из самых любимых народом ролей Гурченко. Без всякого советского официоза она играет тут «родину-мать» — простоватую и хамоватую, со сложной судьбой и трудным характером, но невероятно витальную и обладающую большим добрым сердцем. Перед ней не могут устоять даже женатые интеллигенты из столицы.
 

 

 

«Старые клячи», Эльдар Рязанов, 2000

Четыре близкие подруги проносят свою дружбу через абсурд позднего «совка» и еще больший абсурд «дикого капитализма» 1990-х. У Гурченко здесь бенефис: она последовательно предстает зрелой красавицей, разбивающей сердца партийным бонзам, нищей беззубой торговкой бананами на улице, заграничной дивой, соблазняющей бандита и выигрывающей в казино, и просто женщиной — старой, уставшей, но не желающей расстаться ни с собственной молодостью, ни с Советским Союзом, в котором эта молодость прошла.
 

 

 

«Осторожно, Задов!», Андрей Балашов (автор идеи), 2005–2006

Роль Антонины Максимовны, соседки придурочного прапорщика Задова, — единственная роль Гурченко в отечественном сериале, бум которых начался у нас в конце 1990-х после выхода «Улиц разбитых фонарей». Тут и гротеск, и самопародия, и смелое признание собственной старости, какой бы смешной и горькой она ни была. 

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Жиров Александр 7 апреля 2011
А как же замечательная роль в фильме "Любовь и голуби"? Тоже весьма показательная роль - опять же, одинокая женщина, с одной стороны, занимающаяся своей карьерой, а с другой, - не исключено, что как раз из-за проблем с личной жизнью, - помешанная на всяческих "экстрасенсорных" вещах.
Собственно, вот её увлечение "мистикой" и то, как она соблазнила ей же Василия - очень чётко показывает, почему позже, в конце 80-х - начале 90-х у нас было повальное увлечение магами, чародеями и экстрасенсами.
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение