--

20:09. В клещах археологии

Как мы делали репортаж о кладоискателях, разрывающих удмуртские могильники

7 июня в городе Глазов к вечеру начался дождь. Фотограф Алексей Тихонов ушел снимать кладоискателей на полях их деятельности. И еще: фотографу дали сапоги.  Сапоги были жизненно необходимы.

Саша Денисова
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

4 августа 2011, №30-31 (208-209)
размер текста: aaa

Иднакар, утро

Уже в Ижевске археолог Андрей Кириллов встретил фотографа Алексея Тихонова, коренного петербуржца, такими словами:

— Ага, в таком виде — в столицу энцефалитных клещей?

Фотограф Тихонов был в задумчивости и в босоножках. Именно на босу ногу.

С той минуты у нас с фотографом началась паника. Для начала мы побежали в универмаг Ижевска и там в отделе белья купили носки — максимально, на наш взгляд, клещенепроницаемые.

Археолог Кириллов усугублял панику:

— А то укусит — будешь потом сидеть и головку не держать. И слюнки пускать.

Слюнки пускать не хотелось. Поэтому мы стали искать спрей от клещей.

Археолог Кириллов не унывал:

— Отвез тут недавно съемочную группу на Весьякар, выходят — по пятнадцать клещей на каждом! И говорят: «Ой, а мы не знали, что они так выглядят!»

По дороге из Ижевска в Глазов — а это часа два пути — мне снились клещи.

В Глазове рано утром мы отправились осматривать археологические памятники. В траву мы с фотографом Тихоновым заходили с опаской, но и археологи не сказать чтобы вели себя браво и плевать хотели на клещей: каждый раз, выходя из травы, они осматривали друг друга и нас. И били ногой об ногу. Мы с фотографом Тихоновым тоже стали судорожно трясти ногами.

— Могу предложить энцефалитку, — сказал Кириллов и показал нам два наряда, судя по всему, немало повидавших в лесных походах. Это были брезентовая рубаха и брюки с резинками на запястьях и щиколотках. На униформе были следы, как мне показалось, убитых клещей. Как жительнице столицы, посещающей Russian Fashion Week, решение надеть энцефалитку далось мне не сразу.

Я шла и смотрела под ноги, пытаясь узнать клещей в лицо. В результате влезла в довольно жирную лужу.

— Клещ — он под дождем не так опасен, — успокаивал меня Кириллов. — У него лапки от воды склеиваются.

Я зашагала смелее.

— Но вообще черт его знает… — задумчиво добавил Кириллов. — Иду я как-то на Кушмане именно в такой дождь, смотрю — сидит уже на мне, хоть и мокрый…

В машине, переезжая от одного памятника к другому, я лихорадочно осматривала ноги, рассеянно говоря «да-да», пока люди давали мне интервью. Надо сказать, что люди, давая интервью, тоже внимательно осматривали свои ноги.

— Сейчас овраги будут перед могильником, трава густая, высо-о-окая… — глядя в небо, сказал археолог Кириллов.

Я не выдержала и надела энцефалитку. Фотограф Тихонов тоже. Нам стало спокойней.

— А вообще не надо их бояться, они это чуют, — спохватился археолог Кириллов. — Меня вон сколько раз кусали — и ничего, живой!
 

Глазов, день

В городе Глазове, пока фотограф Тихонов в сапогах, выданных местными кладоискателями, бороздил поля с удмуртскими сокрови­щами и клещами, я купила орехов в шоколаде и беспечно гуляла под дождем.

В маленьких городах всегда мысленно примериваешься, смог бы ты тут жить или нет. Дело даже не в том, что ты великий и могучий житель мегаполиса и все здесь тебе медленно и малоцивилизованно. На самом деле разница между Москвой и остальной Россией сильно преувеличена. Нет Москвы как острова гламура и нет провинциальных городов как оплотов дикости. В центре всех городов есть что-то сетевое, свидетельство глобализации: какие-нибудь суши, «Шоколадница», аптека, «долби» и супермаркет. А вот чуть отойдешь от центра — и начнется то, что в России уникально: хозтовары «Хозяин», магазин детских товаров «Детский каприз», закусочная «Минутка», меха «Северное сияние».

Дождь шел, в луже плыл червяк. В воздухе пахло раздавленными тополиными почками. Из балкона здания, под которым возил детскую коляску мужчина с испитым лицом, росло дерево. На стадионе «Динамо» совершали вечерний моцион глазовские пары.

В городском парке на входе стоял охотник с пупырчатым фазаном в руках и с борзой в стойке. Говорят, что на ампирном здании в парке после дождя проступает надпись «Да здравствует Сталин!». Я вглядывалась, но так и не увидела.

Шла стандартная для всех советских городов и парков аллея скульп­тур — труженики разных профессий. У некоторых не хватало то бетонной голени, то еще какой-нибудь части тела. Вдалеке от этого слаженного коллектива и почерневшего Ленина под березой, будто немного обиженная, стояла спортивная девушка в трусах и с мячом.

Центральная площадь была разворочена: здесь шла стройка. Возле свежеотстроенного храма — некогда взорванного — висел угрожающий плакат «Территория трезвости» и перечеркнутая рюмка. Складывалось ощущение, что люди из закусочной «Минутка», находящейся аккурат напротив, злоупотребляли после закрытия прямо под куполами.

На заднем дворе церкви стояла советская еще скульптурная группа, посвященная павшим в Великой Отечественной глазовчанам: новое и старое находились в непосредственной близости друг от друга. А неподалеку мок под дождем Павлик Морозов, отреставрированный каким-то банком. На покрашенном серебрянкой Павлике алел красный галстук. Банк и Павлик в современной истории России друг друга не исключали.

В этом, наверное, и есть величие нашей реальности: деревянное зодчество стоит рядом с обитым вагонкой супермаркетом. И нас это не удивляет. Ни в Москве, ни в Глазове. Поэтому я не очень верю в центричность нашей страны. Как-то на окраине Кирова (который недалеко от Глазова, кстати) подвыпивший мужчина на вопрос: «Где у вас тут центр?» ответил мне, показав на громадную выбоину с лужей:

— А вот у нас где центр! И такие центры по всему городу!

Так что у нас всюду жизнь. И центр всюду. И всюду суши, Павлик Морозов и территория трезвости.
 

Золотарево, ранний вечер

В управлении по культуре и делам молодежи города Глазова ломали голову, как заманить культурного туриста на удмуртскую землю.

— Вот в деревне Золотарево у нас есть ансамбль бабушек, — сказала сотрудница управления Раеда. — По те­левизору их показывают. Они и поют, и обряды знают. Взять хоть питье хрена! Или вот проводы льда: они в речку хлеб бросают. Швейцарцев мы возили туда — те в восторге были.

Как человек и драматург, упустить бабушек я не могла. Из Глазова до деревни Золотарево двадцать минут по убитым дорогам. Не знаю, как швейцарцев не растрясло.

А до бабушек нам с фотографом Тихоновым показали филиал музея, располагающийся в местной школе. Фотограф Тихонов, войдя в комнату, заполненную лучинами, колыбелями, рогатинами и кадками, попытался эмиг­рировать в коридор. Фоторепортеры почему-то не любят музеев. Видимо, потому что там ничего не двигается и свет своеобразный.

Я же музеи люблю. Люблю экскурсоводов, бабушек-смот­рительниц и бабушек вообще.

Методист музея деревни Золотарево Альберт рассказал, что в этих краях держали оборону Глазова Сталин и Дзержинский. Были продемонстрированы ржавый пулемет, каска и фляга красноармейца.

Потом меня переодели в национальную одежду удмуртской женщины. Это довольно сложносочиненный наряд: рубаха, вторая рубаха, юбка, фартук и головной убор. Говорят, что у удмуртов было три цвета, которыми вполне можно обойтись: белый, красный и черный. Все остальное многоцветье — от тюркских народов.

Древние удмуртские мамаши были очень мобильны: у них было что-то вроде слинга — заплечный короб для дитяти.

Сказали, что в удмуртском костюме и с коробом я выгляжу очень натурально.

В коридоре музея уже ждали меня в такой же одежде три обещанные бабушки. Пели на удмуртском, очень красиво. Ни черта не понятно, потому что финно-угорские языки для славян непрозрачны. Сказали, что это разговор матери и дочери.

Фотограф Тихонов был рад бабушкам гораздо больше, чем экспонатам: они хоть двигаются. Причем стремительно. Пестрой процессией мы отправились по деревне Золотарево смотреть летний удмуртский домик.

Что я могу сказать? Раритетная удмуртская резиденция выглядит как обычная старая подмосковная дача. Там точно такие же цветастые половички и лоскутные одеяла. Потому что жизнь, даже в другом месте и даже другая, не обязательно экзотика.

Она просто жизнь. 
 

Спецпроект «24 часа России»

Один день из жизни России. Как выглядят события 7 июня 2011 года с точки зрения вечности.

00.00 - 08.00: Иван Купала, Антарктида, медведь и утренние сны. Фотографии, сделанные на всей территории России с 0 часов ночи до 8 утра по московскому времени 7 июня 2011 года в рамках проекта "Русского репортера" "24 часа".

06:08. Человек крайний. Маячник —  это тот, с кого начинается Россия.

08.00 - 11.00: Боевики, ламы и танцы на аллее.

11.00 - 14.00: Июньские сугробы, Каддафи, Брежнев и нанопружины.

13:38. Пастырь добрый. Почему люди в горах так любят овец и ненавидят друг друга.

14.00 - 16.00: Пьер Карден, волк Вук, сын Федор и Чулабхорн в МХТИ.

16.00 - 18.00: Борона, "Сапсан", "Яндекс" и застуканные мальчики.

18.00 - 20.00: Поцелуй Церетели, прохожий в белье, битломан и зевающий Кудрин.

20.00 - 24.00: Красотки, санки, Бондарчук. А завтра - новый день!

20:09. В клещах археологии. Как мы делали репортаж о кладоискателях, разрывающих удмуртские могильники.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
Google apkmobi@gmail.com 20 сентября 2012
Google apkmobi@gmail.com 20 сентября 2012
ApkGames.mobi - игры и приложения для андрои
Договор Купли-продажи москва 13 августа 2011
Переоформление автомобиля, страхование авто, договор купли продажи (ДКП), Москва и Московская область, выезд 24 часа в сутки (круглосуточно), дешево, скидки, телефон для связи 8-926-622-88-69 или 89266228869.
nealecha A 12 августа 2011
У меня два вопроса! Ради чего писали эту статью???? Что она дает читателю???
Yandex cineofilmsru 9 августа 2011
еще и сайт тормозной. ничего не повторяю дважды. )))
Yandex cineofilmsru 9 августа 2011
новый жанр процветает.
раньше просто издевались надо блондинками.
а сейчас они сами детально описывают свои экзистенциальные переживания в момент издевательств на ними ...
Yandex cineofilmsru 9 августа 2011
новый жанр процветает.
раньше просто издевались надо блондинками.
а сейчас они сами детально описывают свои экзистенциальные переживания в момент издевательств на ними ...
Yandex cineofilmsru 9 августа 2011
новый жанр процветает.
раньше просто издевались надо блондинками.
а сейчас они сами детально описывают свои экзистенциальные переживание в момент издевательств на ними ...
Google beranica@gmail.com 9 августа 2011
А где подробные труды фотографа Тихонова?))
Google beranica@gmail.com 9 августа 2011
Чудесный русский язык! Спасибо!
Иванов Василий 9 августа 2011
Олег, хорошая статья.
Бурлак Олег 5 августа 2011
Статью стоило бы назвать: "Бред Саши Денисовой". После прочтения осталось осущение, что написана она не в добром здравии.
Кулагин Л. 5 августа 2011
О чем статья?
Вообще ни о чем.
Какое отношение имеет заголовок к содержанию?
Про клещей? Про Глазов? Про бабушек?
Что автор хотел выразить?
Саша,пишите про театр,это у вас хорошо получается.
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение