--

Жизнь тяжелая, но хорошая

6 декабря 2011

А на другую ума не хватило 

×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

размер текста: a a a

Я сижу в Прокопьевском драматическом театре. Мы делаем документальный спектакль о Прокопьевске в рамках проекта «Живому театру — живого автора».

Прошу рассказать актеров, как живет город. Они перечисляют темы: черный снег, черные глаза шахтеров с несмываемой угольной каймой, цветные дома и деревья, темные улицы, «А преступники у нас больше мелкие: ты идешь, на тебя нападают», рано заканчивается жизнь (во всех смыслах), преступность («Пришла домой — как появился нож в руках, не помню»), сложность с досугом (кого-то убили — бар закрыли), нулевой случай на шахтах. И Дом ветеранов.

Галине Артемовне 84 года. В Доме ветеранов с мужем Алексеем Семеновичем они фигурируют как «красивая пара». Познакомились в 1947-м, когда молодой ветеран, отвоевав, поднимал на Днепре затонувшие суда.

— Ой, плясал сильно уж хорошо, — вспоминает Галина Артемовна. — Прямо дар у него был. Ходил ко мне, водолазный паек получал и мне отдавал. Да он и не помнит.

Алексей Семенович оживляется: «Да помню я все!» — и рассказывает. Но не о танцах, а о затонувших газоходах, грунтососах и водолазном оборудовании.

— Был у нас американский скафандр, — начинает ветеран. — У нас иллюминатор закручивается полностью на резьбе, а у них на барашке, форточкой сделан. И сверху два шланга…

— Да не надо им это, Леня! — беспокоится жена. И снова рассказывает, как познакомились, как родила сына, как Леня увез ее в Сибирь.

— Страшно было ехать в эту Сибирь. Но в селе было голодно, и вдруг такой человек — доб­рый очень для жизни. Подружки меня уговаривали, а я еще и брыкалась. Ума не было!

Алексей Семенович опять вспоминает про войну. Как надо было Днепровскую флотилию подтянуть к фронту, как дошли до Вислы.

— Да не надо сейчас про Вислу! — нервничает жена.

Но в этом доме это неизбежно: все будут вспоминать войну.

— А худая была! — говорит Галина Артемовна. — Я же узник, сначала в плену в Германии была, потом нас, малолеток, согнали в Освенцим, трупы скирдами лежали недожженные, а нас каждое утро поднимали, гнали на Балтику, на переправу, грузили в баржу — битком были забитые баржи, — а потом выдергивали пробки, и все шли на дно. До 9 Мая гоняли: не успевали всех затопить.

Галина Артемовна накрывает на стол. Хорошо живем, говорит, после всей жизни в Доме ветеранов — как в раю. Стеклопакеты поставили. Соцработник ходит. Пенсию даже тратить не успевают, все отдают детям-внукам, а дети разъехались по стране, но приезжают часто. Всю жизнь работали на железной дороге, здесь, при шахтах. Огород свой был в частном доме, а сколько курей! Но дом протопить — два ведра угля в день. Не натаскаешься.

— Жизнь была тяжелая, но хорошая. А на другую ума не хватило, — говорит вдруг Галина Артемовна.

В этом доме все и про войну, и про жизнь. Блокадница вспоминает, как назло немцам во время бомбежки играли спектакль «Лебединое озеро»: когда сирена завизжит, спускаются в бомбоубежище, и актеры тоже — сидят тут же, рядом, в пачках. Закончится бомбежка — опять подымаются и играют.

Бывают в Доме ветеранов и свадьбы.

— Это у нас интересно получилось с Марией Григорьевной, — говорит 87-летний Евгений Иванович. — Ее сын и моя дочь жили в одном доме.

Мария Григорьевна его перебивает:

— Да не в одном, а рядом!

— Вот дети дружили, и в один прекрасный день дочь мне и говорит: выходи замуж!

Мария Григорьевна поправляет: не «замуж», а «женись».

Евгений Иванович сначала испугался: молодая, на 18 лет младше! А Мария Григорьевна сразу решилась: «Посмотрела на него — дед чистый, в комнате чисто, а, думаю, он же не пропьет, не загуляет, он же старше меня».

Со свадьбы соскальзывает опять на войну.

— Ночью проснешься — и давай вспоминать. Ленинград. Две ночи на снегу пролежал, проснулся и пошел. Валенки проверил — кровь. Ничего не страшно было. Голод — вот это страшно. Снег ложкой черпанешь, на галету — и в рот. Детей видел, кто умер, — на санях везут отец или мать. Они больше умирали, чем мы, солдаты. Но мы, слава богу, выжили.

Жителям этого дома за восемьдесят. И жизнь у них продолжается. Недавно Галина Артемовна и Алексей Семенович купили матрас.

— Все мебельные магазины обошли. Уже кто-то лежит на этой мебели, охает, а мы все ищем. Нормальные люди или нет? В нашем-то возрасте?

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
//
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение