--

Выходные на войне

Надолго ли установился мир в Сирии

В Сирии наступило затишье. Войска президента Башара Асада и вооруженные силы оппозиции выполнили требование ООН о временном прекращении огня. Если план мирного урегулирования конфликта приведет к желаемому результату, это будет серьезной победой российской дипломатии. Но корреспондент «РР», побывавший в логове антипрезидентских сил, обнаружил, что у этих ребят еще достаточно сил умирать и убивать.

Екатерина Кретова, Виктор Дятликович
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

17 апреля 2012, №15 (244)
размер текста: aaa

Хомс встречает меня проливным дождем и толпой подростков, скандирующих привычное: «Жизнь за Асада!» Митинг в поддержку президента проходит в секторе алавитов под охраной одного из армейских постов. Недалеко раздается выстрел — я пытаюсь понять, где это, но меня просят не отвлекаться и снимать митинг: мол, все мирно и спокойно.
Пока народ выражает свою гражданскую позицию, в маленьком кафе скучающие военные наблюдают за аналогичным митингом в Дамаске. Ближе к ночи мне уже не предлагают отправиться в отель, как это было еще совсем недавно, а протягивают кружку виски и дружественную кальянную трубку.
 

Перемирие

За три недели обстановка в Хомсе сильно изменилась: район Баба-Амр, где недавно шли самые серьезные бои, непривычно «молчит», пропали кучи мусора на дорогах, бежавшие в Дамаск жители возвращаются обратно.

Причиной всему соглашение о прекращении огня. Стороны, конечно, дежурно обвиняют друг друга в его нарушении: так, оппозиция говорит о 14 мирных жителях, убитых военными уже после начала перемирия, Дамаск обвиняет повстанцев в том, что они пытаются занять оставленные армией позиции. Но полномасштабных боевых действий нет, и это безусловный успех международных посредников. Главным из них называют спецпредставителя ООН и Лиги арабских государств Кофи Аннана, но очевидно, что нынешняя тишина — успех прежде всего России.

— Когда Россия наложила вето на первый вариант резолюции ООН по Сирии, она оказалась под жесточайшим градом нападок, — напоминает «РР» главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов. — Говорили о том, что Россия — страна без чести и совести, что она рискует оказаться в изоляции. Но российская дипломатия вынесла все эти нападки, не сдвинулась ни на шаг, четко дала понять, что не позволит легитимизировать военное вторжение в Сирию через Совет Безопасности ООН. И выяснилось, что никто не готов повторять опыт Ирака и действовать в Сирии без международного мандата.

В результате родился план Кофи Аннана, 16 апреля в Сирию прибыла первая группа международных наблюдателей ООН.


Стрелять на поражение

Ощущение безмятежности исчезает по мере приближения к районам, где еще недавно шла война. Предыдущие несколько недель эта территория переходила от государственной армии к Свободной и наоборот. Мы поднимаемся на крышу одного из домов, откуда открывается панорама разбитого района Баб-Сба. На улицах свободно гуляет лишь ветер: «сверху» поступил приказ стрелять на поражение всех, кого заметят. Появляется мужчина на велосипеде — он замечательно быстро крутит педали, только спицы мелькают.

— Смельчак, — комментирует мой проводник Насар, прячась за трубу. Ему двадцать пять, он лихо водит машину и дружит со Свободной армией — идеальный портрет «плохого парня». — Ехать затемно в Старый город очень опасно, но мы попробуем: я хочу, чтобы русские понимали, что происходит, когда в новостях говорят о мирном разрешении конфликта.

Мы выезжаем в семь вечера. За окном темно, фары включаем на пару секунд — осветить часть дороги. Насар останавливается у гаража, где стоят двое мужчин. Они объясняют, где находятся посты государственной армии и как их лучше объехать. Еще шесть подобных остановок, и мы у цели, в Старом городе. Меня с рук на руки передают представителям Свободной армии.

Солдаты проявляют инициативу и предлагают показать свои дома, пострадавшие от артиллерии. Одну из квартир через внушительное отверстие в крыше заливает дождь. В соседней — интерьер тот же, только дыра от снаряда в стене. Я чуть не переворачиваю миску с чем-то белым. Когда мне освещают дорогу к выходу, я вижу еще два таких тазика, только вещество в них разного цвета: белое, нежно-желтое и серое.

— Что это? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.

— Я химик, и моя прямая обязанность помимо самозащиты — изготовление самодельных бомб, — щурясь, произносит хозяин жилища.

Так и не представившись, «химик» рассказывает, что родился в Хомсе, учился и работал в Дубае, но потом вернулся:

— Полгода назад мне позвонил Моханнед и сказал, что в нашем городе перестрелки и я могу помочь. Я хорошо делаю свою работу и учу этому солдат из других районов.

Он показывает свое изобретение. Бомба сделана из подручных материалов: две большие гайки, толстая железная трубка, в которую закладывается нужная смесь, фитиль — и товар готов к употреблению.

Он делает эти бомбы каждый день, не отвлекаясь на сообщения о перемирии и прекращении огня.

Уже глубокая ночь, меня провожают в сырую холодную комнату, где в ряд стоят четыре кровати. Назавтра обещают встречу с капитаном — главой местных отрядов Свободной армии.


А зори здесь тихие

Обычно утро здесь начинается в четыре часа, с первым снарядом. Но уже около восьми — и тишина. Перемирие в действии.

— Как хорошо, нам дали выходной, — смеется Раджи, один из бойцов Свободной армии. Ему только что рассказали, что в шесть утра в Баба-Амре приземлились четыре самолета, в одном из которых был президент Асад, — так он пытается продемонстрировать, что сопротивление в Хомсе сломлено.

Если бы это было так, я бы не сидела через несколько часов в компании Усамы аль-Ламеха, командира местных повстанцев. Разговор был долгий — о ненависти к Асаду, тактике войны и зверствах сирийской армии. В конце концов я обращаю внимание на то, как хорошо вооружены его бойцы.

— Самый простой способ добыть оружие — перестрелка с армией. Мы забираем форму, иногда деньги, надо же на что-то жить! Кроме того, мы покупаем у них оружие. О стоимости не спрашивай, все зависит от модели и продавца.

— Откуда у вас деньги?

— У нас есть спонсоры, могу сказать об одном из них: он сириец, живет в Алеппо. Еще нам помогают местные жители. В нашей армии на сегодняшний день уже сорок тысяч человек.

— Что вы собираетесь делать дальше?

— В планах у нас Дамаск. Думаю, недели через две мы уже будем рядом. Как минимум в Харасте и Думе («оппозиционные» поселки, расположенные рядом со столицей. — «РР»).

По всему видно, что повстанцы воспринимают перемирие как временную передышку, «выходной», как выразился Раджи. А после выходных всегда наступает понедельник. На деле соглашение о прекращении огня может быть нарушено в любую минуту.

Причина в том, что ООН, которая и добилась перемирия, — отнюдь не единственный игрок на этом поле. Есть еще «Друзья Сирии» — группа государств, заинтересованных в падении режима Асада. В начале апреля «друзья» создали фонд помощи сирийской оппозиции. По словам президента Института Ближнего Востока Евгения Сатановского, через него уже в ближайшее время может пройти до миллиарда долларов.

— Войны, в которые инвестируются такие деньги, не заканчиваются, — рассуждает Сатановский. — А резолюции ООН и ее наблюдатели не приводили и не могут привести к разрешению таких конфликтов. С чего вдруг ситуация в Сирии должна отличаться от других войн, в которых ООН демонстрировала свою беспомощность?

О шаткости ситуации говорят все, кто хоть немного с ней знаком. По обе стороны баррикады полно людей, полагающих, что лучшим итогом противостояния будет победа одной из сторон.

— В окружении Асада много неадекватных людей, которые не понимают, что происходит, и готовы воевать, — замечает Федор Лукьянов. — Власти Сирии с трудом удерживаются от возобновления боевых действий. Оппозиции же выгодно его спровоцировать. И если перемирие нарушится, это будет необратимо.

С другой стороны, если план урегулирования конфликта сработает, это будет едва ли не крупнейший успех российской дипломатии за весь постсоветский период. Жаль, что повстанцы в Хомсе не задумываются об имидже российской дипломатии.
 

См. также:

«Аллах нас больше не любит». Сирия: 10 дней на гражданской войне

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение