--

Портрет свободного человека

Кто такие читатели «РР» и почему мы их любим

Современные медиа — это уже не просто массовая информация (плюс агитация с пропагандой), но прежде всего массовая коммуникация, то есть свободный разговор людей и разных групп общества. «Русский репортер» не видит разницы между нашими авторами, героями, читателями, дружественными сообществами и активистами: все они — участники разговора о стране и о времени. Если вы хотите понять, «о чем» тот или иной журнал, познакомиться с читателями бывает даже полезнее, чем с писателями. Знакомиться можно по-разному. Есть, к примеру, маркетинговая социология и демографические «портреты». Но этого бывает мало: усредненные характеристики не отвечают прямо на вопрос об образе жизни, образе мыслей и характере людей. Чтобы расширить понимание своей аудитории — а значит, и себя, — «РР» попросил восьмерых своих читателей, которые по социологическим характеристикам входят в разные «ядра» нашей аудитории, рассказать о себе. И оказалось, что эти рассказы и две фотоистории интересны не только для нашей редакционной кухни. Наши читатели вполне могут быть и нашими героями, людьми, для которых мы работаем и о которых мы любим рассказывать больше всего. Их отличает независимый, критический, но, тем не менее, позитивный образ мыслей. То есть это деятельные и свободные люди

Кирилл Артеменко, Андрей Веселов, Василий Корецкий, Роман Романовский, Григорий Тарасевич, Егор Мостовщиков
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

5 сентября 2012, №35 (264)
размер текста: aaa

Человек-самолет
Андрей Литвинов, пилот «Аэрофлота» 1-го класса, Москва

Широкая известность пришла к Андрею Литвинову в июне 2011 года, когда он отказался ждать опаздывающего на рейс Иркутск — Москва тогдашнего губернатора Иркутской области Дмитрия Мезенцева. Литвинов сказал диспетчеру, что вылетает и ждать никого не собирается, но вылететь ему не дали. Мезенцев задержал самолет на час, но Литвинов летел так быстро, приземлился в Москве без опоздания. Губернатор тогда из-за непреклонности командира судна перед пассажирами извинился, а Литвинова стали звать на телевидение и писать о нем в газетах.
Но куда более характерна для Литвинова история, случившаяся в декабре 2006 года, когда его рейс Москва — Женева пытался захватить пьяный пассажир: угрожая взрывом бомбы, которой у него не было, он требовал лететь в Каир. Пассажир пытался прорваться в кабину пилотов, самолет совершил экстренную посадку в Праге, нападавшего обезвредили бортпроводники, а Литвинов получил звание «Отличник “Аэрофлота”».
В отличие от других пилотов «Аэрофлота» Литвинов легко идет на контакт и готов говорить о ситуации в авиации без оглядки. В ответ на вопрос, откуда такая смелость, смеется: недавно начальство ему в шутку сказало, что его теперь даже не уволишь — «вся Болотная сбежится».
В день съемки Литвинов проводил старшую дочь Александру в Ульяновск: она поступила в Ульяновское высшее авиационное училище гражданской авиации и будет следующие четыре года учиться на специалиста по качеству работ авиакомпаний. «Сейчас такая молодежь пошла — ни ужин не приготовят, ни носки не погладят. Так что пусть хоть специалистом станет», — сказал командир.

 

Опора молодых
Надежда Шереметова, директор фонда «ФотоДепартамент», Санкт-Петербург

— Что-то новое и стоящее в фотографии, как и в любом другом искусстве, делается вопреки: вопреки своей боли, отсутствию поддержки, мгновенного признания. Оно делается потому, что автор не может не говорить о том, что переживает, видит вокруг, чувствует. И обладает знаниями, талантом, которые проявляются в изображении, делая его личным, узнаваемым, и стремлением дойти до конца в исследовании волнующей темы. Вот этот путь «вопреки» нелегкий, он вытягивает силы у того, кто идет им, и одновременно результат наполняет как самого автора, так и зрителя — такой необходимый круговорот.

Это гражданская и человеческая позиция фотокритика и арт-менеджера Надежды Шереметовой — одного из главных в Санкт-Петербурге и в стране специалистов и активистов в области продвижения и поддержки российской фотографической школы. Она возглавляет созданный ею вместе с фотографом Ольгой Корсуновой и искусствоведом Еленой Зыряновой осенью 2006 года «ФотоДепартамент».

 

Чеховский нефтетрейдер
Николай Гуков, коммерсант, Ростов-на-Дону

Друзья называют его Чеховым. Он занимается нефтяными контрактами, а хочет больше читать книжки и чаще бывать с семьей. Учился на истфаке Ростовского университета, занимался историей и теорией центристских партий. Успел поработать на местное отделение «Отечества» — не понравилось. Отвратил Николая от политики глава его родного поселка.

— Это был такой настоящий коммунист, из бывших. Нормальный мужик. Когда его реально начали «мочить», он мне говорит: «В политику люди идут за светлым будущим, а уходят с ужасным прошлым».

Выходом для самореализации стала коммерция.

— Работаю на фирме, которая заключает контракты с нефтяными и газовыми корпорациями. Покупаем и продаем. Как и многие другие в стране. Часто езжу на Север и в Москву.

Николай женат и у него есть дочь. При этом он настоял, чтобы супруга не работала. Сейчас семья ждет второго ребенка. Сложности пару не пугают:

— Лена вспоминает: когда появилась дочка, у нас же вообще ничего не было.

Николай — завсегдатай блогосферы. Сам практически не пишет, нет времени, но внимательно следит за разворачивающимися дискуссиями, не без оговорок, но симпатизирует Навальному. Иногда и сам активничает.

— Проезжал мимо аварии и увидел, что один из участников — с номерами серии АРО. Включил телефонную видеосъемку. Оказалось, что автомобиль принадлежит местному депутату. Хорошо, что жертв не было. А если бы были?

 

Не бомж, не олигарх
Сергей Ковалев студент-математик, Новосибирск

— Как бы ты определил свой социальный статус? Богатый? Бедный? Средний класс?
— Не знаю… Я математик. А что касается богатства или бедности… Ну, допустим, у меня есть машина — Subaru Impreza 2001 года, праворульная. Вряд ли меня можно назвать олигархом. Впрочем, бомжом меня тоже назвать сложно. У меня в Академе квартира, двухкомнатная. Ее мне родители купили. Что еще есть? Фотоаппарат есть, мобильный Sony Ericsson, ноутбук. Вот хочу еще нетбук себе купить. Подсчитал: для него нужно как раз десять стипендий. В общем, не знаю, какой я класс, повторяю, я математик.
— И в чем выражается твой математизм?
— Математизм? Звучит как-то обидно… Большую часть решений я принимаю логически, обосновывая свой выбор. К примеру, хочу куда-то поехать или какой-нибудь товар купить. Всегда продумываю все варианты и выстраиваю их в порядке приоритета. Если один не выполняется, перехожу к следующему.
— Как же интуиция?
— Моя интуитивность — это импульс для какого-то решения. А дальше я логике следую.
— Между добром и злом ты тоже выбираешь с помощью логики?
— Конечно! Вот упала бабушка на улице — значит, надо подойти помочь. Это логично назвать добром.
— Ну, это вполне христианское мировоззрение.
— Это математическое мировоззрение.
— Хорошо. Каким ты видишь себя, допустим, лет через двадцать?
— Счастливым себя вижу. А что касается социального статуса, то тут все так же, как сейчас, — не бомж, не олигарх.

 

Маша и мусор
Мария Кожухова, эколог-общественник, Калининград

Карьера Марии Кожуховой закончилась, когда ее бумажные отчеты заполнили в офисе третий по счету шкаф. В то время она работала в экологическом отделе крупной нефтяной компании и, вместо того чтобы попросить у начальства четвертый шкаф, попросила ее уволить.

— Я посмотрела на все эти стопки макулатуры и поняла, что, хоть и считаюсь экологом, наоборот, только наношу вред природе. Все эти кипы бумаги — это же спиленные деревья, трудно возобновляемый природный ресурс! — говорит Кожухова. — Но главное — какой от этих отчетов толк? К сожалению, у нас вся система защиты природы построена на штрафах за уже совершенные «преступления», и мало кто занимается экологической экономикой и экообразованием.

Разочаровавшись в системе, Мария стала внесистемным экологом — основала в Калининграде ячейку всероссийского общественного движения «Мусора. Больше. Нет».

Теперь Кожухова занимается внедрением экосознания в массы — проводит в школах экологические уроки, вкладывая детям в головы простые правила: «Уходя, гасите свет», «Используйте обратную сторону бумаги», «Выключайте воду, когда чистите зубы».

Через социальные сети она с легкостью собирает на субботники по сотне человек. Теперь, правда, обижается, когда люди звонят ей с просьбой убрать их дворы:

— Мы ведь на самом деле не дворники. Суть субботников не в том, чтобы убраться, главное — это общение. Мы рассказываем о простых вещах, над которыми люди в повседневной жизни просто не задумываются.

 

Не влезть в потребление
Эдуард Бояков, худрук театра «Практика», Москва

— В 91-м я был преподавателем в университете, и мне не хватало даже на сыр для семьи. А через несколько месяцев я уже выбирал, лететь мне на частном самолете или обычным рейсом. Я этот скачок отследил, зафиксировал и совершил сознательные очень жесткие поступки, чтобы не влезать в эту игру в потребление, чтобы сохранить свою отстраненность.

— Вы допускаете для себя возможность дауншифтинга? Вот вы бросаете все, уезжаете на Занзибар и занимаетесь там только собой?

— Все-таки интернет многое изменил. Ну какой это будет дауншифтинг, если я уеду на Занзибар и буду там бесконечно читать пьесы и писать статьи?

— А это возможно?

— Да это не просто возможно. Может быть, это и правильно. А вот чтобы эмигрировать — этого я не представляю. В моем случае эмиграция может быть только вынужденной.

— Но вы же неплохо интегрированы в государственную систему...

— Да, и тем не менее у нас идет пьеса Игоря Симонова, воспроизводящая разговор замглавы президентской администрации и олигарха, владельца крупной нефтяной компании, которую хотят отобрать. Этот разговор сделан в жанре предельно точной реконструкции. Да, мы много себе позволяем, нам все по фигу — что Сурков, что Навальный, мы ни с теми ни с этими. И, тем не менее, за шесть сезонов никакого даже намека на политическую цензуру не было. И я, конечно, отдаю себе отчет в том, что это не потому, что мы такие крутые: просто театр как политическое явление никому не нужен. Ну и слава богу, можно обращаться к настоящей элите, а не к светской тусовке.

 

Уральская перемена
Юлия Дьячук, продюсер и предприниматель, Екатеринбург

Сегодня Юлия Дьячук отвечает в Екатеринбурге за сельский и гастрономический туризм. Собственно, туризма еще нет. Просто два года назад Юля делала телевизионную программу для садоводов, познакомилась с местными фермерами, производителями посадочного материала и чиновниками министерства сельского хозяйства Свердловской области и загорелась идеей основать новое туристическое направление.

В поддержку агротуризма Дьячук создала франшизный пакет для сельских предприятий, желающих принимать горожан, и сняла фильм «Bella шаньга, или Приключения итальянца на Урале», в котором итальянский шеф-повар Франческо Спампинато ездит по уральским деревням и изучает традиционную кухню и ее секреты. Фильм получил приз на кинофестивале туристического кино «Свидание с Россией» в номинации «В Россию за приключениями».

Вообще, Юля — человек в городе известный. С 1997-го по 2001-й делала еженедельную детскую музыкальную программу «Студия-41» на местном канале, провела около ста елок с ведущим программы — куклой Змей Горыныч Уральский. Потом был консалтинг, избирательные кампании, снова елки и телевидение, а в 2008 году даже собственный магазин «Сувениры Урала».

 

Человек со смыслом
Иван Зыков, айтишник, Пермь

Как живет бывший сварщик и сооснователь одной из мощнейших игровых компаний в России (AlternativaPlatform)? Судя по частоте словоупотребления, «смысл» для Ивана Зыкова — одна из важнейших ценностей. Однажды блогер Зыков предложил блогеру Гельману съездить в микрорайон Гайву к своим старым друзьям. Реальные пацаны — не телевизионные, а набыченные, готовые к драке в любую секунду — Гельману не понравились.

— А что мне в ребятах с Гайвы нравится — это настоящие друзья, которые за тебя помрут.

В шестнадцать лет он мечтал о себе тридцатилетнем: машина, квартира, семья и любимое дело, в котором сам принимаешь решения. Зыкову тридцать и, за исключением каких-то мелочей, план выполнен.

— Уезжать не планируете?

— Смысла нет. Подумывали, чтобы перебраться всей компанией в Черногорию. Но месяц-два — и людей тянет на родину.

— А вы бы хотели, чтобы ваш сын рос здесь?

— На самом деле нет, — в голосе Ивана слышится досада, ему как будто неловко. — Мне не нравится, что город очень грязный и уровень криминала высок. Но хочется верить, что все изменится. Я постараюсь приложить к этому максимум усилий.

— А игроки в ваши «Танчики» вышли бы на улицы, окажись ты в беде? И когда бы вышел ты?

— У нас, слава богу, все ровно. Нас никто не трогает, да и не за что, кажется, — Иван задумывается. Но несколько лет назад Зыков сам выступал в защиту одного пермского блогера, которого затаскали по судам за пост в «ЖЖ».

— Слушай, — внезапно говорит Зыков, — а поехали на Гайву?

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Mail alalaalla@mail.ru 13 сентября 2012
Правду говорил Макаревич, «Грань допустимого давно перейдена». В стране творится полный беспредел!! Я конечно знала, что за нами следят и всё о нас правительство знает, но только скажите зачем это делать публичным? Вот russiansearchdata.ru/ абсолютно всё о каждом из нас, от а до я, вся информация изложена в одном месте и разложена по полочкам четко, понятно, доступно, бери - не хочу..
Google litvin@scandata.ru 7 сентября 2012
Лена, жена Николая Гукова, на Пенелопу Круз похожа, красивая)
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение