--

Почему нет правды

17 января 2013

Я хочу написать о сопереживании. Оно устроено так.

поделиться:
размер текста: a a a

Вот, скажем, Фейсбук. В первые новогодние недели в своей ленте друзей ты читаешь: помогите, пропала жена, ушла из дома после ссоры, вот мой телефон, сообщите что-нибудь. Всматриваешься в фотографию, вспоминаешь, что видел где-то эту улыбчивую женщину с грустными глазами, записываешь телефон в записную книжку — мало ли что. Делаешь перепост.

Через день читаешь: жены все нет, кто-то сказал, что ее видели в Питере, помогите. Не находишь себе места. Пишешь сочувственный комментарий.

Через день читаешь: не знаю, что делать, жена, пожалуйста, найдись! Ощущаешь бессилие, пишешь пост: мол, давайте уже сделаем что-нибудь, вот хоть деньги соберем. Это уже рефлекторная такая реакция на стресс у гражданского общества — собирать деньги. И одеяла еще. Но тут понятно, что одеялами не обойтись.

А потом читаешь в СМИ: Алексей Кабанов — тот самый, из твоей ленты друзей, оппозиционер и так далее — признался в том, что задушил свою жену, мать троих детей, и расчленил ее, чтобы вывезти тело из квартиры. И в  твоей голове сталкиваются две реальности.

Одна — та, в которой живой ­человек Алексей Кабанов, с которым у тебя общее гражданское дело и больше ста общих друзей в Фейсбуке, ищет свою жену
и боится. Ты наблюдаешь за ним в реальном времени и веришь. Другая — та, которую предъявляет Следственный комитет: у подозреваемого обнаружили ключи от машины, в которой нашли куски тела, он признался в убийстве и стал обвиняемым.

Эти две реальности не смешиваются, словно вода и масло. Из реальности соцсетей почти ни одно заявление СК, особенно в отношении людей, причастных к чему-либо оппозиционному, не воспринимается как правда. Одним из первых комментариев к этой новости, которые увидела я, был: «Куски тела подбросила Кабанову кровавая гэбня».

Из реальности СК ни одно заявление пользователей соцсетей не воспринимается как серьезное. На сайте СК в разделе «резонансных дел» последнее — навод­нение в Крымске в июле 2012 ­года. С тех пор, с точки зрения органов, гражданское общество ничем криминальным не озаботилось.

На стороне одной реальности твое личное ежедневное сопереживание: это ведь живой человек, можно написать ему комментарий, и он ответит, в отличие от того же СК. А на стороне другой — «голова, туловище, фрагменты конечностей» в багажнике.

Когда не было соцсетей, можно было читать сообщения СК о том, что в ходе бытового конфликта муж убил жену, а ребенка выкинул в окно, и это была единственная реальность. Никто не знал, как потом этот муж ­обзванивал подруг жены, что он говорил в милиции. И номера телефона его никто не знал.

Эта реальность так и оставалась бы единственной, если бы ее не стали использовать для информационных войн. Вроде говорят правду (убил и выкинул в окно), но этак невзначай прибавят: а еще он белые ленточки раздавал. И правда получается с гнильцой. Как и правда соцсетей, где переводишь деньги на операцию младенцу с фотографии, а получает их бодрый пацан, закинувший в сеть фотошопленную карточку румяного племянника.

Наша реальность, где Фейсбук, облепиховый чай после митинга и «свои» люди, отпочковалась от той, где СК, «кровавая гэбня», какие-то смутные личности без работы и интернета душат жен в приступе белой горячки. Но обе используют информацию не как информацию, а как инструмент. Поэтому ни одна не может сказать обществу правду: просто ­нечем. Нет таких слов, которым общество поверило бы и успокоилось, — одни эмоции.

Например, сопереживание.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
//
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение