--

Трудности перехода

Наплевать ли РЖД на нашу безопасность

РЖД стало мишенью громкой общественной критики. После смерти 25-летней девушки под колесами поезда на подмосковной станции Салтыковская госмонополию обвинили в «смертельной» экономии: тысячи людей гибнут на железной дороге, а безопасные переходы не строятся. Корреспондент «РР» отправился в Балашиху, чтобы попытаться перейти пути по правилам и разобраться, экономит ли РЖД на нашей безопасности.

Егор Мостовщиков
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

19 февраля 2013, №07 (285)
размер текста: aaa

— Цветы уже кто-то унес. Друзья вчера приезжали, положили, а их уже нет, — Сергей С­оболев, сотрудник радиостанции «Коммерсантъ FM», смотрит на светофор на междупутье платформы Салтыковская.

В 9.29 18 января 25-летнюю ж­ену Сергея Елену, спешившую на электричку в Москву, сбил э­кспресс «Спутник». 

Месяц спустя Соболев опубликовал на своей страничке в Фейсбуке обращение к РЖД и администрации города Балашихи, в котором обвинил их в смерти не только своей жены, но еще и 20–25 людей ежегодно: у платформы давно хотели построить под- или надземный переход, но этого никто так и не сделал.

Кампания против РЖД в соцсетях набрала такую силу, что железнодорожной монополии пришлось ответить. По ее версии, п­ереход оборудован по всем правилам безопасности, женщина шла на красный свет, а гибнут на станции каждый год не 20–25, а 4–5 человек.

Оправдавшись за одну смерть (о том, насколько убедительно, чуть ниже), РЖД, однако, забыло ответить на главную претензию — об экономии на безопасности людей. Ведь по всей стране под колесами поездов в год гибнут 2–3 тысячи человек.


Платформа смерти

Железная дорога разделяет Салтыковский микрорайон Балашихи пополам. С одной стороны жилой массив, с другой — школа, поликлиника, администрация. Путей всего три: два под электричку и третий, проложенный в 2010-м, — под скоростной «Сапсан» до Нижнего Новгорода. Движение на станции очень напряженное: только электричек из Москвы на платформе ежедневно останавливается 74 штуки, плюс электрички в Москву, пассажирские составы, скоростные «Сапсаны» (4 в день) и «Спутники» (28 в день), идущие здесь на скорости 100–120 км/ч.

— Я здесь живу уже больше тридцати лет и могу вам сказать: очень много людей погибает. Очень, — говорит пенсионерка Марина Владимировна, бывший продавец продуктового магазина № 6. — Пару лет назад я стояла на платформе и увидела на путях бабушку. Стояла она, стояла, а тут как черт дернул — решила перейти, хотя поезд уже подъезжал. Я стала ей орать жутко, л­юди вокруг испугались, такое у меня было лицо. И тут я вижу, что она не успевает, отворачиваюсь, чтобы не смотреть. Ей повезло — оторвало ноги.

Местные жители знают, что здесь постоянно гибнут люди, но все уже привыкли — переходить железную дорогу все равно как-то надо.

Проблема в том, что перейти ее у платформы Салтыковской по правилам гораздо сложнее, чем нарушая их, даже если очень стараться. Смотрите сами. Здесь три пары светофоров для пешеходов — два для перехода через пути под электрички и один для перехода через скоростную колею. Понять, куда идти можно, а куда нет, с первого взгляда нереально: если должен пройти скорый, один светофор горит красным, два других — зеленым. И наоборот. Причем два из трех светофоров такие старые, что лампочки еле светятся, и непонятно, каким светом.

Да еще скользко — асфальт покрыт толстенной коркой льда, а в часы пик у путей не очень много спешащего народа. Сирена, напоминающая взбесившийся велосипедный звонок, начинает завывать за пять минут до прихода поезда и отключается через полторы минуты, то есть чаще р­аботает, чем молчит. Поэтому на нее никто уже не обращает внимания. И вот стоишь ты, мозг выносит от ее воя, а идти тебе всего ничего, да и все вроде идут…

Перейти дорогу правильно я все-таки умудрился — и даже остановил женщину, которая, не обращая ни на что внимания, уверенно ступила на пути.


РЖД экономит

Поднятая Соболевым информационная волна открыла много новых фактов. Например, на станции Павшино в Красногорске есть переход еще хуже: там нет вообще ничего, кроме гнилого дощатого настила между рельсами. Год н­азад на станции Трехгорка погиб тхеквондист Анатолий Голованов, который должен был принять участие в юношеских Олимпийских играх. Причина — ограниченный обзор на обычном п­ереходе. Таких примеров много, по статистике самого РЖД на путях каждый год гибнут тысячи людей (см. справку).

Но при этом основную причину компания видит не в отсутствии нормальных переходов, а в  невнимательности самих пассажиров. «Большая часть граждан, получивших травмы, находились в состоянии алкогольного опьянения», — объясняет печальную статистику один из ее пресс-релизов.

Кстати, накануне запуска «Сапсанов» между РЖД и правительством Москвы существовало с­оглашение о строительстве многоуровневых переходов и переездов. Расходы предполагалось поделить пополам. Но «Сапсаны» запустили, а переходов так и нет.

После очередной трагедии на Салтыковской подмосковный губернатор Андрей Воробьев ­п­о­обещел посетить переезд, разобраться, почему там каждый год гибнут люди, и выделить на строительство нормальных п­ереходов и развязок «десятки миллиардов рублей». При этом речь о софинансировании со стороны РЖД уже не идет. Это обычная практика. В Ленинградской области, например, строительство путепроводов над железной дорогой в ближайшие годы будет финансироваться так: по 40% из федерального и областного бюджетов и лишь 20% — от РЖД.

На самой Салтыковской переход вроде бы тоже построят. Местные власти пообещали, что во втором-третьем квартале начнут его проектировать. Сергей Соболев чиновникам не верит, говорит, что аналогичные заявления балашихинская администрация делала и несколько лет назад. Он собирает обращения от родственников других п­огибших на Салтыковской и н­амерен идти в суд.

Переход здесь и правда нужен — за несколько часов, проведенных в Балашихе, мы хоть и держали в уме, что переходить надо аккуратно, в какой-то момент невольно приняли местные правила игры. Посмотрели налево-напра­­во и уже собрались пойти на красный, но кто-то крикнул: «Куда поперли?! Поезд едет!» И поезд промчался мимо.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Пастухов Виталий 23 марта 2013
Дорога - объект повышенной опасности, а, следовательно, должен быть оборудован с "поправкой на дурака" - кроме самоубийц на рельсах могут оказаться дети, больные и слабовидящие люди, пьяные наконец. У РЖД достаточно денег, чтобы оборудовать подземные переходы и путепроводы, переезды с УЗП, а они строят придорожные часовни и финансируют всякое мракобесие.
Соколов Вадим 20 февраля 2013
Сергея Соболева можно понять. Но его жена переходила переход на красный свет сигнализации, в капюшоне и наушниках при этом тормозной путь обыкновенной электрички сотни метров. Итог плачевный. И обвинять во всем РЖД не совсем правильно. Даже если переход построят все равно будут ходит через пути.
Кстати в Германии пару лет назад был случай когда родственники сбитого человека (также переходил на красный) по решению суда должны были оплатить реабелитацию машиниста.
Турничёк Юрий 20 февраля 2013
Не хочу показаться кровожадным или бездушным, но я всегда не понимал, как можно, повернув голову налево, повернув голову направо, не заметить приближающейся поезд. Конечно же, монополист (как и любой другой монополист в любой сфере) стремится сэкономить на всем и вся, но при любых инфраструктурных инвестициях он не сможет полностью решить вопрос безопасности и сделать так, чтобы люди стали внимательнее. Маниакально винить РЖД во всех бедаж, я думаю, не совсем правильно.
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение