--

Дневник фотожурналиста. Страница 5. В приюте

17 марта, Порт-о-Пренс, Гаити. Пятый день работы фотожурналиста Влада Сохина, снимающего здесь репортаж «Реставек. Детское рабство на Гаити»

Специально для «РР-Онлайн» Влад Сохин описывает будни фотожурналиста на Гаити в форме съемочного дневника. По этим ссылкам: первая страница дневника, вторая страница, третья страница, четвертая страница, пятая страница, шестая страница, седьмая страница, восьмая страница, девятая страница, десятая страница.

×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

18 марта 2013
размер текста: aaa

Воскресенье, 17 марта, 2013.

Сегодня я еду в Transitional House – дом-приют для девочек-реставек, построенный Restavek Freedom Foundation и поддерживаемый гаитянским отделением ЮНИСЕФ.

В приюте всего 12 мест, и сюда попадают дети с самыми тяжелыми судьбами. В основном это сексуальное насилие со стороны хозяев и жестокие избиения. В октябре я уже был здесь, но тогда это был ознакомительный визит, мне удалось сделать только одну хорошую карточку – портрет 15-летней Виктории. Сегодня эта Виктория открывает мне тяжелую металлическую дверь и приглашает войти внутрь.

Девочки рады меня видеть, я знаком почти со всеми. Нарядно одетые в разноцветные выходные платья, постоялицы приюта собираются в ближайшую церковь на воскресное богослужение. Я иду с ними в надежде сделать несколько снимков во время службы. Уже на входе, заметив расчехленную камеру, болтающуюся у меня на шее, помощник пастора бежит навстречу, с криками: «No, no!» Я через Викторию объясняю ему, что я фотожурналист и прошу разрешения сделать несколько снимков девочек, и только их. Но в ответ получаю все то же: «No». Прячу камеру и захожу в забитый народом зал, мы садимся на самую последнюю лавку у стены. Помощник пастора становится напротив и всю службу не сводит с меня глаз.

На сцене громко играет христианская рок-группа, женщина-проповедник что-то громко кричит на креоле про Иисуса в микрофон. Люди встают и поднимают руки вверх. Тоже начинают громко кричать. Одна из девочек, Дарин, шепчет мне на ухо:

– Дай мне свою камеру, я сделаю фотографии для тебя.

– Но мне же не разрешили...

– Тебе не разрешили, потому что ты blanc, я – гаитянка, мне можно.

Я до сих пор не могу привыкнуть к этому белому расизму. Хоть и жил в Африке год и нередко чувствовал неприязнь ко мне местных жителей только из-за моего цвета кожи.

После двух с половиной часов в церкви мы возвращаемся в приют. Девчонки поднимаются на второй этаж в свои комнаты переодеваться и потом приглашают меня войти. В доме всего две спальни по шесть кроватей в каждой. На тумбочках стоят фотографии девочек с иностранными волонтерами, куклы да книжки на французском и креоле. Здесь почти каждый говорит на английском, у меня нет проблем с общением. Каждая из девчонок старается показать мне свои игрушки, рассказать о себе. Девочки постарше строят глазки и спрашивают, есть ли у меня жена или я свободен. Затем заставляют меня читать французскую книжку по истории Гаити и хохочут над мои произношением.

Проходит какое-то время, и они от меня устают, я продолжаю их фотографировать, радуясь, что мне уже никто не позирует. В час дня раздается звонок, и мы спускаемся на кухню, где уже готов обед – рис с тушеными овощами. Женщина-воспитатель усаживает меня во главу стола и просит произнести молитву. Я отказываюсь, но меня продолжают настойчиво упрашивать. Соседки по столу берут меня за руки, и мне ничего не остается делать, как импровизировать по-английски. Я говорю что-то, вроде: «Спасибо тебе, Боже, за эту еду и за то, что ты собрал нас сегодня вместе». «Аминь», – улыбаются девочки и приступают к еде.

После обеда я аккуратно прошу нескольких из них рассказать мне свои истории, оговариваясь, что если они чувствуют, что не хотят со мной делиться своим прошлым, я это абсолютно понимаю. Почти все соглашаются. Сначала робко, стесняясь, а потом все увереннее и увереннее они огорошивают меня историями своей жизни, в подробностях рассказывая о том, как они были рабами.

После двух первых рассказов я уже не хочу ничего записывать. Откладывают блокнот и просто слушаю о побоях, изнасилованиях, перепродажах другим хозяевам, оставлении без еды на несколько дней и прочих издевательствах.

15-летняя Роуз, потерявшая мать во время землетрясения и ставшая реставек, говорит, что она очень благодарна всем тем людям, которые помогли ей и привезли ее в этот дом. Остальные девочки согласно кивают, говоря, что счастливы здесь. В стране, где по некоторым данным более 300 тысяч детей живет в рабстве, этих двенадцать девочек действительно можно назвать счастливыми. Хотелось бы, чтобы таких домов-приютов в Гаити было гораздо больше.

Я провожу с ними еще какое-то время, учу их обращаться с камерой, рассказываю, как лучше компоновать изображение в кадре. В итоге Роуз сообщает мне, что хотела бы стать фотографом. Я отдаю ей свой запасной фотоаппарат, и она носится по дому, снимая все подряд.

На прощание девочки поют мне песню на креоле и приглашают приезжать еще. Потом поднимаются наверх в свои комнаты учить уроки. Завтра им всем идти в школу.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение