--

Пришли к каждому

Прокуратура ищет «иностранных агентов» в НКО

6 марта в Московскую школу политических исследований пришли из прокуратуры и Министерства юстиции. Официальная причина – проверка организации на предмет соблюдения закона об иностранных агентах. С того момента по всей стране проверили уже почти сотню НКО. И это – только известные случаи.

Григорий Набережнов
×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

28 марта 2013
размер текста: aaa

На столе в читальном зале правозащитного центра «Мемориал» аккуратно разложены стопки бумаг. Устав, отчеты, справки. Здесь сегодня ждут прихода проверки из прокуратуры. Мимо нас по лестнице поднялся мужчина в спортивной зимней красной куртке. Спокойно зашел в читальный зал и закрыл за собой дверь.

– Аааа, это были они? – журналисты явно не понимают, что произошло.

– Кто они? – сами не понимают сотрудники центра.

– Ну, проверяющие.

– Сейчас посмотрим, – и правда, мужчина оказывается экспертом из налоговой службы. Это уже третья проверка правозащитного центра за последнюю неделю. Сегодня она была ожидаемой: поставили стулья в читальном зале, разложили на столе все документы, подписав пачки. Рядом со столом – еще три коробки документов. Это все то, что проверяющие во время предыдущего визита попросили подготовить. В холле офиса со мной – три телевизионных бригады и один фотограф. Но никто так и не успевает «подснять» стремительно пронесшегося налоговика. Все ждут новую картинку – должны приехать еще прокуроры и сотрудники Минюста.

Но самой главной стала сегодняшняя проверка в Московской хельсинской группе.  Организация еще осенью 2012 года широко и публично объявила – она отказывается от финансирования со стороны иностранных организаций и деньги на свою деятельность соберет у частных лиц. Всего к концу прошлого года им удалось собрать порядка 2,5 млн рублей. Несмотря на это, проверяющие пришли и сюда. Новость о проверках появилась в официальном Твиттере группы в два часа дня.

На часах уже три. Я стою у дверей Московской хельсинкской группы. Внутрь меня не пускают: «Поймите, у нас идет проверка. Руководства нет. А нам запретили кого-либо пускать в офис», – объясняют сотрудники по телефону. Где-то рядом ходит съемочная группа «НТВ» – они стали неотъемлемым атрибутом прокурорских проверок НКО. Наконец дверь открывается, и из офиса Московской хельсинской группы выходят три женщины. Это и есть проверяющие из прокуратуры и Минюста. Представляться они не хотят. Но в официальном Твиттере МХГ поясняется: «Минюст представляет Татьяна Вагина, замруководителя Департамента по проверке НКО». Женщины стремительно уходят, а дверь снова закрывается.

Через пять минут к дверям подходит женщина.

– Я из Чечни к ним приехала, – говорит она и долго стучит. Наконец ей открывают. Не успеваю задать свой вопрос, как у дверей появляются нтвшники:

– Пустите нас внутрь? – спрашивают они. Дверь захлопывается.

В самой Хельсинской группе заявили, что проверяющие пока лишь указали, какие документы их интересуют, и попросили подготовить бумаги к следующему приходу.

 

НКО в цифрах

Начала проведения проверок сами НКО ждали еще в феврале – в ленте новостей постоянно появлялись сообщения о визитах чиновников в организации. Причина – принятые в июле 2012 года поправки к закону «О некоммерческих организациях», которые окрестили «законом об иностранных агентах». А в ноябре 2012 года целый ряд НКО публично отказались его исполнять, назвав закон – «противоречащим Конституции». Поэтому приход прокуроров неожиданностью не стал.

– Первой все же стала Московская школа политических исследований. 6 марта туда пришли сотрудники прокуратуры и Министерства юстиции. Да, до этого проверки были, но там и основания, и органы были совсем другие, – рассказывает Павел Чиков, председатель Межрегиональной правозащитной ассоциации «Агора». За месяц именно его организация стала своеобразным центром сбора информации о происходящих по всей стране проверках.

Цифры такие. По состоянию на 27 марта, проверки пришли в 84 организации из 22 регионов страны. Среди них: сама «Агора», движение «За права человека», московское представительство Human Rights Watch, российское представительство «Международной амнистии», «Наблюдатели Петербурга», «Солдатские матери Санкт-Петербурга», РРМБОО «Молодые медики Дона», региональное отделение фонда «Филантроп» (Новороссийск), Гете-Институт (Новосибирск) и другие.

– Думаю, до конца недели число организаций, в которые пришли проверки, перевалит за сотню. Но это на самом деле – верхушка айсберга. Я убежден, что проверят несколько тысяч организаций. Эта сотня – те, кто публично заявили. Подавляющее большинство ничего сообщать не будут, – говорит Павел.

Сами проверяющие объясняют проведение проверок по-разному. 25 марта вышло заявление Минюста. В министерстве напрямую указали – они выясняют список организаций, которые попадают под понятие «иностранных агентов». В прокуратуре же сегодня заявили, что проверки проходят «в связи с имеющейся информацией о продолжении деятельности запрещенных организаций ультранационалистической и радикальной религиозной направленности». В планах прокуратуры, согласно выложенным на сайте материалам, проверить порядка двух сотен организаций только в одной Москве.

 

В позиции обвиняемого

На приходящие проверки в НКО реагируют по-разному.       

– Я отказываюсь предоставить документы на тех основаниях, которые уже указал, – говорит прокурору на видеозаписи Лев Пономарев, исполнительный директор общероссийского движения «За права человека». К нему проверка пришла 25 марта. Свой отказ он объясняет законом о прокуратуре. В нем (в статье 22, пункт 1) указано, что прокурор действительно может приходить с проверкой в любые учреждения, в том числе и НКО, но «проверять исполнение законов» он должен  «в связи с поступившей в органы прокуратуры информацией о фактах нарушения закона».

– Я спросил, в каком противоправном действии вы меня подозреваете? А они – молчат, – говорит Лев Пономарев.

В «Агоре» выдать документы тоже отказались. К ним в офис никто не приходил, зато из прокуратуры пришло требование о явке и предоставлении информации. «Агору» попросили показать учредительные документы, «документы по поводу деятельности организации» и предоставить сведения об источниках «формирования имущества». Павел ссылается на тот же закон и добавляет:

– Вся информация, которую запрашивали в прокуратуре, имеется в управлениях Министерства юстиции и в налоговой службе. Учредительные документы, источники получения средств, целевое назначение средств. Прокуратуре было достаточно запросить эти данные из других ведомств, – говорит он.

– Но ведь у них нет документов внутреннего употребления: приказов, служебных записок… – спрашиваю я.

– Да. Но они их не требуют. А то, что просят, у них уже есть, – отвечает Павел. Теперь его и Льва Пономарева вызывают в прокуратуру. Общественные деятели должны дать объяснения, почему они отказываются предоставлять данные. Ряд НКО уже подали жалобы на неправомерные проверки в прокуратуры. А центр «Мемориал» уже достаточно давно подал жалобу и на сам закон об «иностранных агентах» в Европейский суд по правам человека. Все обращения в органах обещали рассмотреть.

Однако некоммерческих организаций, которые отказались предоставлять данные во время проверки, немного. По подсчетам «Агоры» – около пятнадцати.

– Нам они просто прислали запрос. Но в большинстве случаев они же приходят в офис. И препятствовать прокурору, который вытаскивает с полки шкафа папку и копирует документы, организация не вправе. Это было бы противозаконно с ее стороны, – отмечает Павел.

Остальные предпочитают не препятствовать проверкам. Вот выдержка заявления основателей Школы политических исследований: «В своей деятельности мы тщательно следим за соблюдением всех норм российского законодательства. И полагаем, что любые проверяющие инстанции смогут в этом убедиться». В «Мемориале», несмотря на поданную жалобу, тоже решили разложить папки в читальном зале.

– Мы сами должны быть в пределах закона в максимальной степени, – поясняет Александр Черкасов, председатель совета правозащитного центра «Мемориал». – Это два разных жанра – спарринг, в котором ты можешь выйти победителем, и фиксация действий власти. Да, дискуссия с властью с позиции обвинителя – возможна. Но с точки доказывания своей правоты нужно помнить правило – всякое сомнение толкуется в пользу обвиняемого.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение