--

Русское экзистенциальное

От группы «Макулатура»

Аудитория на концертах московской группы «Макулатура» однотипная – хипстеры в клетчатых рубашках и кедах, любящие слушать о российском беспределе и несправедливости. Но есть люди, которых привлекают именно харизматичные выступления дуэта Жени Алехина и Кости Сперанского. Работа в стиле экзистенциального хип-хопа началась с дружбы музыкантов в 2003 году. Десять лет назад они и представить не могли, что выпустят несколько альбомов и найдут постоянную аудиторию. «Наш союз начался с обоюдной любви к рэпу и желанию сделать нечто особенное, непохожее на других, непохожее на то, что читают Лигалайз и „Каста”», – объясняет Алехин. Действительно ли «Макулатура» открыла что-то новое в российской музыке? Чтобы разобраться в этом, пришлось ехать в Казань на концерт группы. 

Лина Алексюнайте поделиться:
26 июня 2013
размер текста: aaa

– Здрасьте, это группа «Макулатура». Сейчас мы начнем, и будет за...ись, – говорит в микрофон Алехин. Сегодня они выступают в кафе China Town.
 

Стоя одной ногой в говне, другой ногой

На банановой кожуре, помни о ней,

А потом уже о весне, об отпуске и своем одиночестве.

В любой момент жизнь может закончиться.

 

Зрители стоят неподвижно, скрестив руки на груди. Их лица застыли в гримасе сострадания. Некоторые успевают поймать в воздухе знакомые слова и повторяют их. Алехин читает с помятого листка, и от напора речитатива у него вздуваются на шее жилы. Сперанский безмолвно дублирует его. Они сменяют друг друга. В конце каждой песни оба говорят «спасибо». И этот катарсис продолжается снова.
 

Лошок, который никогда не будет счастлив

Тексты «Макулатуры» обращены к теме «человек и общество». Мегаполис, а в нем – существа, похожие на людей. Вокруг них – нищета, бюрократизм, коррупция, боль. А если произойдет что-то хорошее, то обязательно быстро кончится или окажется иллюзией: «Все суета, по-настоящему я ни о чем не мечтаю», «Порядочный человек должен быть трус и раб», «Вся вселенная стоит 2 рубля 3 копейки». Экзистенциализм опошляет даже простые радости. Слушаешь, и становится стыдно за то, что ходишь на работу в офис, а по выходным ездишь к друзьям на шашлыки.

– Да нет, нормальная жизнь в наших текстах. Какая есть, – улыбается Женя.

– Не думаю, что мы читаем сплошь об отчаянии. Наоборот, только жизнелюбие и оптимизм, как в рекламном ролике «Единой России», – смеется Костя.

– А вы считаете себя открывателя чего-то нового в хип-хопе?

– Я не завидую человеку, который вообще так считает, – отнекивается Женя. – Мы продолжаем дело, начатое «Рабами лампы» и некоторыми писателями, которые нам близки по настроению.

– Ну, я-то, например, всегда хотел быть таким, как Лигалайз. Я даже вставлял его цитаты в некоторые свои тексты. Думал, может быть, это приблизит меня к славе. Если получится, будет триумф. Но что-то пока ничего не выходит… – иронизирует Костя. Алехин смеется вместе с ним.

– Почему вы выбрали такого лирического героя, у которого дела явно идут не очень хорошо?

– Лошок, – кивает Сперанский.

– Лошок… Поиск себя и недоумение от жизни всегда актуальны. Кто-то считает, что все это подростковая шняга и с годами она проходит. А я не знаю, почему должно пройти и почему шняга? Не думаю, что есть какие-то взрослые темы, а какие-то детские. Если человек перестал быть подростком, нашел себя, значит, он… Я не знаю… – задумывается Алехин. – Значит, он идет на х…й! Как вообще можно считать себя сложившимся человеком?! Это ненормально.

Трек «Макулатуры» «Никто» стоит пятым по популярности в поиске из их аудиозаписей «ВКонтакте».

Я старше, чем Ян Кертис и Алексей Перминов.
 

Лучше быть живым или мертвым, жизнь оказалась длинной.

Журналистом, писателем, водителем – в детстве

я не мечтал стать никем, и сбылось, если честно.

Я никто, то есть реализовался по полной всерьез,

Катаюсь по городам, как молодой Чинаски, довожу до слез

Женщин, выкину модные шмотки, переоденусь в никто.

Лайл энд Скотт, Кархарт – на х…й олимпийки и пальто.

 

– Получается, что этот лошок никогда не будет счастлив?

– Когда наш герой обретет благополучие и станет кем-то, я попрошу его заткнуться. Иначе он будет выглядеть, как дебил, рассказывая о том, что нашел, – объясняет Костя. – Придется поискать другого персонажа, у которого остались к жизни вопросы.
 

Ни океанов, ни морей

«Макулатура» удивляет рифмой, с которой она складывает свой музыкальный эпос. Да, именно эпос. Это не поэзия. Тексты Алехина и Сперанского больше напоминают литературу, на которую наложили несколько семплов. Постоянные аллюзии на произведения Кафки, Достоевского, Сартра, упоминание Хемингуэя, Пруста, Камю. В их текстах много интеллектуальности. А после каждого прослушивания в треке можно находить новые смыслы и по-другому рассматривать метафоры.
 

Молод ли я, не знаю, не вижу ни океанов, ни морей.

Возвращаюсь домой, смертельно устал, ужин из овощей.

И мне грезится странный прекрасный финал в этой сказке:

Я в постели тону, прижимая к груди томик Кафки.

 

– Когда начинал делать первые минуса, мне казалось странным, что рэперы крутятся только в своей теме, используют свои панчлайны (самая запоминающаяся строчка в тексте, крылатая фраза). Кто-то там придумывает себе прозвище, какой он крутой и какой у него огромный член, второй называет себя отцом хип-хопа. Это глупо, – морщится Алехин. – Двадцать лет назад русский рэп был еще молодым, и тогдашние его исполнители варились в собственном соку. А ведь можно использовать все богатство русской и зарубежной литературы…

– Цитирование – это просто формат, который используют, чтобы говорить все, что хочется. А эти рэперы продолжали игру, начатую американскими хип-хоперами.

– Если вы ни на какие западные традиции не опираетесь, получается, «Макулатура» – чисто русский рэп?

 – Не думаю. Мне кажется, и в иностранном рэпе некоторые исполнители также цитируют поэтов и прозаиков. Но у нас такого почему-то не было. Книги и рэп. Их можно соединять. Почему бы не использовать цитаты Кафки? Конечно, с этим надо было быть осторожнее. Надо поумерить эту цитатность, потому что в интернете появилось столько мемов про него… Кажется, я тоже не мало сил приложил к этому, – вздыхает Алехин.

– Неприятно смотреть, когда Кафку, Достоевского и всю эту стилистику встраивают в маркетинг, все прекрасное отбрасывают и оставляют только логотип, – соглашается Костя.
 

Автобиографию на микрофон-палочку

17-летние Евгений Алехин и Константин Сперанский познакомились на филфаке кемеровского университета, с чего и началось существование «Макулатуры». Группу решили назвать в честь одноименного романа Чарльза Буковски. Женя родом из небольшого поселка Металлплощадка, родился в семье филологов. В школе в старших классах Алехин начал выпивать и прогуливать уроки. Решил поступить на филфак, потому что это был легкий способ не идти в армию. Костю в школе часто били, потому что он рисовал на всех карикатуры и приходил пьяным на уроки.

– Правильно, я бы такого человека тоже бил, если бы видел себя со стороны, – улыбается Сперанский. – Когда с Женей подружились, он мне предложил почитать его поэмы. Я подумал: «Бл…ть, надо делать ноги от этого парня». Но пришлось прочитать, и я понял, что это искусство! Одна из них заканчивалась строчкой: «Человечество смотрит футбол». Решил, надо срочно делать рэп.

– Мы оба любили группу «Рабы лампы» и «Tricky». Мне кажется, что их психоделичность и отчаянность повлияли на нас.

Первый текст, который ребята написали, состоял из переписанных Алехиным черновиков Кости. Кое-что из этого попало в первую пластинку «Макулатуры».

– Я сделал минуса, под них подгонял слова, добавляя свои куплеты. Мы пришли записываться к Костиному другу Антону на микрофон-палочку «Джениус» и пили самогонку. Сколько успели за один день, столько и попало в альбом. Остальное, слава богу, ушло в небытие.

– Когда вы начали писать свои первые тексты?

Услышав вопрос, они оба смеются.

– Да, да, я помню этот момент, – рассказывает Алехин. – Начал слушать хип-хоп в лет одиннадцать. Год называл себя рэпером, но в одном интервью Дельфина услышал, что рэпером может назвать себя только тот, кто пишет рэп. Я тут же накатал несколько текстов… Так что во всем виноват он! И я здесь не причем.

– На понт тебя, значит, взял? – спрашивает его Костя.

– Если бы он не обронил эту фразу, наверное, ничего бы и не было. К сожалению, я помню свой первый текст наизусть. Могу считать его отчасти автобиографичным. Он был о двух моих одноклассниках-близнецах, которые слушали металл. Кстати, один из тех парней все-таки мне врезал, когда я назвал его петухом и гомосексуалистом.

– А остальные тексты тоже автобиографичны?

– Я так не рассматриваю жизнь, – продолжает Алехин. – Например, «Процесс» Кафки – тоже автобиографичное произведение, только гиперболизированное. Наши тексты – не мемуары. Но можно сказать, что они все-таки автобиографичны. Если ты понимаешь, о чем я?

– Это недокументальная фиксация действительности, – добавляет Костя.

– Это автобиография, которая интерпретируется на полную катушку. И ядро в ней – настоящие чувства, будьте уверены.
 

Сегодня и всегда рабочий день мой до упора.

Если ты грязный извращенец, я твое бельмо позора (…)

Зимой и летом я отсюда рассыпаю по ветру семя правды,

Которое еще х…й прорастет на этой почве неблагодарной.


См. также:

Альтернативный плейлист. Почему в главном российском чарте нет независимой музыки, и что с этим делать

Аутсайд-рок. Три дня с музыкой, которую вы никогда не услышите

Крыска из канализации. Как эпатировать общество, чтобы оно было тебе за это благодарно

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение