--

Умная девочка и безногий тритон

11 сентября 2013

Откуда берутся будущие биологи

поделиться:
размер текста: a a a

По законам жанра в авторской колонке должна быть мораль. Или хотя бы тезис. Надо плавно подвести читателя к мысли, что реформы разрушают школу, молодежь деградирует, белые медведи вымирают и всем нужно идти на митинг в защиту Навального. Или что-нибудь в этом духе.

Но что-то мне захотелось написать колонку без морали, тезиса и Навального. Надеюсь, читатели и главный редактор меня простят. Колонка эта про девочку, которая отрезала ноги тритонам.

Девочку зовут Альмина Полинова, а как звали тритонов, я так и не узнал. Возможно, они вообще были безымянными. Дело было на летней школе, которую организует программа «Лифт в будущее» вместе с МГУ и другими почтенными учреждениями. Двести школьников с третьего по одиннадцатый класс собрались на три недели в подмосковном пансионате, чтобы заниматься наукой. Я там оказался в последний день (раньше не мог — у нас своя Летняя школа, которую «Лифт в будущее», кстати, тоже поддерживает).

В этот день школьники демонстрировали результаты своих проектов. У кого робот-пожарный, у кого трехмерный сканер, у кого что-то совсем непонятное физико-математическое.

Подхожу к одному из стендов. В ванночках плещутся семь ящериц. Приглядываюсь — вместо задних лап какие-то обрубки. Рядом стоит одна из авторов проекта — та самая девятиклассница Альмина. Девочка как девочка, таких тысячи. Они репостят котиков «ВКонтакте» и хихикают на переменах, обсуждая мальчиков. Между прочим, у Альмины на странице «ВКонтакте» тоже упитанный котик.


Вот у нас легко зарастают порезы и царапины. Но новую конечность мы вырастить не можем. А у тритонов наоборот. Если мы поймем механизмы регенерации амфибий, то когда-нибудь сможем применить к человеку.


— Наша работа посвящена изучению процесса регенерации и развития конечностей у испанского тритона. Была произведена ампутация задних конечностей, после чего на культи осуществлялось воздействие слабым лазерным излучением с разной длиной волны. Ежедневно производились замеры массы и состояния конечностей. Слабое лазерное излучение — это активно используемая в медицинских учреждениях технология лечения некоторых заболеваний. В результате эксперимента было показано, что зеленый лазер лучше всего способствует регенерации, а инфракрасный… — Альмина поворачивается к каким-то хитрым графикам у нее за спиной. Я решил этим воспользоваться.

— Подождите. У меня есть вопрос. Скажите, а кто тритонам лапы отрезал? Вы сами это делали?

Тон девочки становится более человеческим:

— Тем школьникам, у кого нервы послабее, помогал преподаватель. А я сама отрезала.

— И как?

— Сначала было неприятно. Но я понимаю, что стану ученым и мне все равно придется это делать.

— Не жалко вам было?

— Жалко. Но я же ученый. Да и за полгода у него конечности полностью восстановятся. Кстати, отрезанные лапки я сохранила, вот они — в пробирке…

Девочка протягивает мне малюсенькую емкость, где действительно лежит лапка. Ее коллега шепчет:

— Это не пробирка. Это — эппендорф.

Альмина парирует:

— Я прекрасно знаю, что это сосуд Эппендорфа. Но надо объяснять доступно.

Ощущаю свою неполноценность на фоне девятиклассницы, которая, зная про какого-то Эппендорфа, вынуждена опускаться до моего пробирочного уровня. Пытаюсь поддержать светскую беседу:

— Слушайте, а почему именно тритоны?

Альмина возвращается к лекционным интонациям:

— Испанских тритонов нам предоставил Институт биологии развития. Это очень интересный объект для исследований. Эволюция пошла так, что человек и хвостатые амфибии пошли по разным ветвям древа регенерации. Вот у нас легко зарастают порезы и царапины. Но новую конечность мы вырастить не можем. А у тритонов наоборот. Если мы поймем механизмы регенерации амфибий, то когда-нибудь сможем применить к человеку, — объясняет мне девятиклассница. На руке у нее ползает пара земноводных, кажется, без задних ног им вполне комфортно. — Вообще, я хочу быть эмбриологом.

Вот так. Не просто биологом, а эмбриологом. От избытка чувств я достаю из ванночки одного тритона. Приятное животное. Не хомячок, конечно, но тоже ничего. Альмина продолжает свою лекцию:

— Испанский тритон — это очень интересное животное. Если ему что-то угрожает, то он очень своеобразно растопыривает ребра, так он может ранить нападающего. А еще его кожа выделяет яд…

Я испуганно стряхиваю тритона обратно в ванночку.

— Вы не бойтесь. Яд несильный. Он действует, если кожа повреждена. Или если весь день его в руках держать.

— Как же вы эксперимент проводили?

— Но мы же не весь день исследовали. У нас и лекции были, и мастер-классы. Иногда еще спали и ели…

Тут самое время для тезиса или морали. Наверное, надо что-то сказать про веру в нынешнее поколение, которое режет лапы тритонам, чтобы восстанавливать руки и ноги людям. Или про российскую систему образования, которая не так уж плоха, особенно когда речь идет не о типовых проектах, а о всевозможных летних школах, кружках и секциях. Навального, правда, никак приплести не получается.

Но, возможно, заключение к этой колонке и не нужно. Просто девочка, просто тритон, просто наука.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
//
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение