--

Без приказа стрелять не будем

Интервью со спецназовцем под Славянском

Марина Ахмедова поделиться:
2 мая 2014
размер текста: aaa

По слухам, приезжавший вчера к украинским военным подразделениям министр внутренних дел Арсен Аваков намекнул – если спецподразделения по-прежнему будут отказываться стрелять в мирное население, то будут разоружены, и их место займет «Правый сектор». По тем же слухам, руководство спецподразделений требует юридически обоснованного приказа стрелять. Проще говоря – письма, содержащего приказ и подписанного руководством АТО. Большинство представителей спецподразделений боятся повторить судьбу Беркута, и отдавать команду стрелять отказываются, демонстрируя психологическую неготовность вести войну с мирным населением. В то же время среди мирного населения распространяется еще один слух – «если срочники стрелять откажутся, их самих будет расстреливать «Правый Сектор».

Спецназовец стоит у забора. На голове – подвернутая балаклава, сверху – капюшон. Он постоянно оглядывается. На разговор с ним – пять минут.

- Сегодня молодых пацанов срочников постреляли как куропаток, - говорит он. – Четыре трупа и двое пленных. Летчику сбитого сегодня вертолета отрезали голову. Мы выносили тела. Это не россияне делают, а местные маргиналы. Тут воруют всех, кого можно.

- Российских журналистов тоже?

- Да, конечно. Тут нет одного человека, который контролировал бы все группировки. Его просто нет. Мы уже вышли на замдиректора вашего российского ФСБ, чтобы забрать троих взятых в заложники офицеров Альфы. И он тоже ничего не может сделать.

- А вас отсюда собираются забирать?

- Если нас отсюда и заберут, мы все равно вернемся – у нас тут очень много боеприпасов и всего.

- Ты сказал, что вы выносили тела. Значит, ты видел тело этого летчика с отрезанной головой?

- Тот вертолет на принудительную посадку сел. Его так и не нашли. Но что голову резали видели другие пилоты, которые живыми остались, и там очень много крови было… Есть СБУ, есть милиция, есть армия. Каждый должен выполнять свою функциональную обязанность, но обозначьте нам четко – где террорист. Беркуты и Альфа сейчас то же самое говорят – мы вернулись с Майдана, нас обливали грязью, открыли на нас уголовные дела. На каком основании мы здесь находимся? Мы просим только одного – введите на отдельной территории военное положение. Мы дадим мирным жителям время для эвакуации. Закон о военном положении четко разделяет людей на мирных и пособников. А так были попытки начать спецоперацию – вышли внутренние войска, в них начали стрелять. И сразу начали брать у стрелявших показания. Кто-то из свидетелей говорит – «Я шел из магазина с сумкой, на моих глазах застрелили мирного жителя, который вместе со мной выходил из магазина, а у него не было никакого оружия». Стрелявшего начинают уголовно преследовать. Поэтому спецназовцы боятся применять оружие. Уже знают, чем это все закончится. И у нас нет никакого юридического основания применять оружие. Происходит как? Мы подъезжаем к блок-посту на технике, сепаратисты сразу уходят в лес, а на блок-посту оставляют только безоружных людей. Мы подъезжаем, они сдаются. Но только мы отъезжаем от блок-поста, они выходят из леса снова. Вот такая тактика. А если введено военное положение, то если выходишь на улицу, ты – пособник. Если помогаешь террористам – ты сам точно такой же террорист.

А сколько людей здесь в Славянске на блок-постах?

- Сепаратистов? Их очень много сейчас. Ты пойми, что сделали грушники – они создали агентурную сесть. Есть группировочки, которым говорят – «Вот ворованное оружие. Вот сумка денег. Мы заходим в здание, мы его захватываем и отдаем вам». То есть здания захватывают профессионалы, и отдают его другим – группировочкам, которые будут это здание контролировать.

Ты говоришь, что это местные маргиналы. И говоришь, что их очень много. Откуда здесь так много маргиналов?

- А здесь все в тюрьмах. В Луганской и Донецкой областях хорошо развит криминалитет. Здесь очень густо населенные области и очень мало рабочих мест.

То есть вам разрешают в людей стрелять?

- Только согласно закону о милиции. Только в том случае, если стреляют в нас. Это – бред. Понимаешь, мы можем не успеть стрелять. Нас просто поубивают.

Значит, вы еще не стреляли?

- А как мы можем стрелять? Там мирные люди. Но сегодня вертушки к городу еще не успели подлететь, как их сбили.

Какова основная проблема ваших спецподразделений?

- Юридический статус. Все. Законное обоснование для применения оружия. А оно может быть только в одном случае – если будет введено военное положение. Мы бы город за городом освобождали. Без вопросов.

А у вас есть такие ресурсы и такие силы, чтобы освобождать город за городом?

- Да ради Бога. Ради Бога. Но для этого нам нужно понимать – если мы применим оружие, нам за это ничего не будет. Но это делается специально.

Специально, чтобы дать возможность действовать «Правому Сектору»?

Спецназовец вынужден уйти. На ходу он бросает:

- Нас никто не хочет услышать. А им (власти – примечание автора) легче командовать теми, у кого нет своих мыслей.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение