--

Вынужденная беспомощность

3 сентября 2015

поделиться:
размер текста: a a a

В последний приезд в Донецк мы были в бомбоубежище в районе шахты «Трудовская». Я-то думал, что там уже никого не осталось, должны же были люди переехать, есть же пункты временного проживания, нельзя же просто жить под обстрелами, пусть и в старом, советском, очень крепком бомбоубежище. Но нет — там все еще около сорока человек, некоторые живут здесь уже больше года, для них время остановилось, детишки прошлый год не ходили в школу.

Это кажется иррациональным. На самом деле в Донецке большинство районов практически безопасны, ну залетало-то почти в каждый микрорайон в течение года, в периоды обострения. Ну раз-два за год. А не несколько раз в день, как на некоторые улицы на крайнем западе Донецка, у аэропорта, в некоторых районах Горловки. Все равно многие не хотят переезжать: пусть разрушенный, но рядом дом, с огородом, там — собака и кошка, этот дом почти смысл жизни, его годами обустраивали.

Мы обсудили эту проблему с очень хорошим человеком, в довоенном прошлом — бизнесменом. Бизнес он потерял из-за войны, сейчас занимается волонтерством, помогает другим и находит на это ресурсы. Рассказывает, что действительно очень трудно уговорить людей переехать из опасных районов: даже если это делать организованно, все равно большая часть находит причины не уезжать. И что это известно по другим конфликтам и называется «вынужденная беспомощность»: люди в состоянии шока часто не могут принять важнейших решений.

В какой-то момент нашего разговора показалось, что этот же термин может быть отчасти применим и к моему собеседнику. Он ведь тоже не уехал из Донецка, хотя и мог. Потерял бизнес, но все равно его что-то держит.

Логику можно расширить. Может быть, по аналогии, и у нас «вынужденная беспомощность»? Вот часть команды «Русского репортера» работает почти без денег на чистом энтузиазме, наш рынок рухнул, а есть места поденежнее. Да и вообще: многие не уезжают из России, хотя у них есть возможность уехать, тем более и коллеги кричат: «Пора валить!» Ну как же — Россия фактически в войне с Западом, а на свете нет солдат страшнее римлян, как писал александрийский поэт. Россию почти отключили от мировых финансов, а без них как бы и не бывает больших инвестиций и кредитов.

Наш донецкий друг сказал, что его случай другой: он живет не в самом опасном районе, в целом жить можно. Но главное, кажется, не это. А то, что его любовь к родному городу деятельная. Он нашел способ быть полезным и место, где он сейчас полезнее всего. Он не беспомощен.

«Вынужденная беспомощность» — это неспособность к делу. Когда ты сидишь, ждешь помощи извне. А вот если восстанавливать свой дом, привозить гуманитарную помощь, делать свое дело, то это не беспомощность, это — жизнь.

Собственно, основной вопрос на сезон в том, сможем ли мы не просто сидеть на том же месте, ожидая конца войны, завершения кризиса, прилета инопланетян, но и сделать что-то настоящее.

У России это и есть политическая повестка. Пока наши политики выглядят беспомощными: ведь ключ к решению внешних конфликтов тоже внутри, в экономике. Наберутся ли смелости правительство и остальные «принимающие решения» что-то всерьез начать делать или продолжат наблюдать за экономическим шоком, за тем, как курс извивается следом за ценами на нефть, лишь экономя на черный день и его тем самым приближая?

А дел в стране-то навалом: надо строить дома и дороги, развивать науку и технологии, медицину и образование. А так деньги-то накоплены в стране, просто механизмы использования не созданы. Деньги ведь — это инструмент для дел, а не наоборот.

Вот осенью и будет понятно, у кого есть синдром вынужденной беспомощности, а у кого нет.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
Николай Мельников 5 сентября 2015
Мне кажется, дело не только в "принимающих решения", но и в "в соответствии с этими решениями живущих". Вот "вынужденная беспомощность" это больше про них. А с другой стороны - как тут быть тогда, какой деятельностью это всё надо тормошить? Есть выход навроде "Русского репортёра" - запечатлевать (или стараться запечатлевать) всё так, как оно есть, указывать на проблемы. А есть выход с изменениями "сверху", но мне в такое как-то не верится. Ну и даже если прибегать к первому - до всех ведь не достучишься. А те кто "в верхах" так и будут продолжать делать, что делают. Либо потому что только это и возможно, либо потому что так им удобней. И вот это страшно обидно.
Но всё-таки нельзя не признать "РР" делают это хотя бы искренне, а не как Камикадзе Ди - ради привлечения внимания к собственной персоне и наживы за счёт уродств Родины.
Спасибо же им за это.
//
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение