--

Накидали шуток

Поющий ковбой в морском балете Итана и Джоэла Коэнов

В российский прокат выходит новая комедия братьев Коэнов «Да здравствует Цезарь!» — уморительное поппури из исторических анекдотов о Голливуде 1950-х, включая линию с «красной угрозой» и русскими подлодками. Итан и Джоэл рассказали «РР»  о том, как Джордж Клуни вынудил их написать сценарий фильма и о том, почему в нем  нет никаких политических намеков.

Василий Корецкий поделиться:
6 марта 2016
размер текста: aaa

Это правда, что вы написали сценарий «Цезаря» еще бог знает когда? Это же чуть ли не один из первых ваших сценариев?

Джоэль Коэн: Отчасти. Мы действительно написали его довольно давно, лет 15 назад...

Итан Коэн: Когда познакомились с Клуни. Тогда-то мы и проболтались ему о сценарии. Клуни идея ужасно понравилась, хотя и сценария-то толком не было, была просто заявка о туповатом актере, кинозвезде, который снимается в фильме с убийственным названием «Хайль, Цезарь!». В итоге Джордж стал постоянно упоминать этот фильм как наш следующий совместный проект. Хотя мы вообще-то ничего такого не планировали! Ну и пару лет назад мы, наконец, созрели для того, чтобы воплотить этот мысленный эксперимент. Сели и закончили сценарий. 

То есть вы писали изначально с расчетом на Клуни. А как насчет других ролей —вы их тоже писали под конкретных актеров? 

 

И. К: Нет. Вот Джоша Бролина, к примеру, мы решили взять на главную роль, когда уже все закончили, хоть мы и сняли с ним до этого две картины. То же самое и с Тильдой  (Суинтон. — РР). Мы просто подумали, что она сыграет экзальтированную журналистку лучше других. Или Скарлетт Йоханссон: мы сперва придумали эту сцену в бассейне, а потом решили, что  Скарлетт с рыбьим хвостом и в истерике будет смотреться смешнее, чем кто-нибудь другой.

А вот Ченинг Татум? Вы знали, что он может танцевать, как Джин Келли, когда брали его на роль?

Джоэль: Ну вообще-то всем известно, что Татум умеет танцевать. Так что мы подумали, что бить чечетку он тоже легко научится.

Так, а  Олдена Эренрайка вы заставляли крутить лассо на пробах?

Джоэль: Нет, на пробах Олден разыгрывал эпизод с Райфом Файнсом. Тот, где он никак не может запомнить реплику. 

 Вернемся к сценарию. Вот вы придумали все эти сценки-оммажи киножанрам: пеплуму, библейскому эпосу, вестерну, мюзиклу и даже синхронному плаванию…

Итан (смеется) … а потом нам пришлось на самом деле реконструировать их!  В этом, кстати, и был весь кайф.

Джоэль: Да ладно, кайф! Для меня это всегда проблема: придумаешь что-то — и  потом это надо снимать. А как?! Сейчас же старой студийной системы нет, все эти кинофабрки, на которых кино снималось как на конвейере, с участием сотен высококлассных специалистов — они давно в прошлом. Сегодня все проблемы решаются при помощи компьютерной графики. Я немного завидую, конечно, режиссерам «золотого века» Голливуда. С такой организацией за всю свою жизнь они могли снять по 50-60 картин!

То есть вы бы махнулись не глядя местами со, скажем, Билли Уайлдером? 

Джоэль: Хороший вопрос! На самом деле черт его знает. Одно дело — техническая часть, а другое — все остальное, что несла с собой студийная система. Там же совершенно другие представления обо всем были. Трудно вообразить, как ты, будучи продуктом своей эпохи, чувствовал бы себя в другой. Но вообще идея соблазнительная. По крайней мере, у меня бы не было таких проблем с организацией съемочного процесса, как те, с которыми мы столкнулись, делая «Цезаря» (смеется) 

Итан: Например, если ты сегодня снимаешь вестерн, то пригоняешь на площадку лошадей, ковбоев, ветеринаров и других людей, которые умеют решать сопутствующие проблемы. А у нас неделю снимался вестерн, потом неделю — что-то другое, и тебе нужно срочно избавиться от лошадей и раздобыть аквариум, в котором могла бы уместиться команда по синхронному плаванию.

Зато теперь-то вы можете снять что угодно! У вас, кстати, не появилось желание довести до конца какой-либо из тех «фильмов в фильме», что фигурируют в «Цезаре»? 

Джоэль: Итан хочет снять вестерн!

Итан: Да, поющий ковбой — это то, что надо. А вот морской балет — ни за что. Хватит русалок!

Так, давайте теперь поговорим серьезно. Все эти насмешки над Голливудом и пересказы известных баек из жизни звезд и режиссеров — это прекрасно, но у вас же есть и серьезный пласт повествования. Тема маккартизма, «охоты на ведьм» — она же неслучайно у вас появилась? Вот и в новом фильме «Трамбо» Джея Роуча как раз об этом.

Джоэль: Да вы вычитываете то, чего у нас нет! На самом деле мы не такие интеллектуалы, чтобы какие-то еще скрытые смыслы в фильм привносить.

Итан: Ох, вы поймите, что «Цезарь» — это не какое-то высококонцептуальное кино, а смешная мешанина шуток и трюков, мы их так накидали... Все что в голову приходило, то и записывали. Никаких исследований мы не проводили, просто вспомнили всякие расхожие исторические анекдоты. Например, линия с ребенком Скарлетт Йоханссон — это реальная история Лоретты Янг, которая родила вне брака и умудрилась оформить усыновление своей собственной новорожденной дочери. Внимательно мы изучали только производственную часть, уже после того как закончили сценарий: как конкретно снимались мюзиклы или, там, вестерны. Ну, чтобы не наврать в деталях. А коммунисты-заговорщики появились просто по логике того исторического периода. Ведь что у нас за история была изначально? Кинозвезду крадут прямо со съемочной площадки ради выкупа. Разбираться со всем приходится единственному вменяемому человеку в безумном мире кино — герою Джоша Бролина. Окей, а кто тогда злоумышленники? Кто украл звезду? Конечно, злейшие враги всего того, что олицетворяет персонаж Бролина, — то есть всего хорошего, капиталистического и католического. В 1951 году это, определенно, коммуняки. Так что красная угроза тут возникала из логики сюжета, а не как философское или политическое заявление. Коммунистическая ячейка — это просто идеальные антагонисты. Это не герои-резонеры, нет!

Ну хорошо, но такой протагонист у вас не просто так появился. В ваших фильмах и раньше часто фигурировали герои, которые несут крест чужих проблем, страдают за чужие ошибки.

Итан: Точно? (Поворачиваясь с брату) У нас правда такие герои? 

Джоэль:  Ну да, есть такое. А если без шуток, то  когда мы придумывали Эдди Мэникса, то руководствовались именно такой логикой. Ведь о чем фильм в фильме? Тот, другой, «Хайль, Цезарь!» Он об Иисусе Христе. А что делает Иисус? Берет на себя грехи человечества. Ну и нам показалось забавным провести вот такую параллель. Однако наши герои, конечно, не совсем Иисусы — вот Ларри Гопник в «Серьезном человеке» тоже тянет на себе кучу проблем, но это его личные проблемы. Он вообще больше похож на Иова, чем на Иисуса.

Вы меня совсем обезоружили. Ну, а все-таки, есть что-то общее во всех ваших фильмах? Какая-то сквозная тема или идея? 

Итан: Мы об этом не знаем. То есть я имею ввиду, что если бы мы заметили, что в наших фильмах повторяется какой-то элемент, мы бы немедленно озаботились тем, чтобы сменить пластинку. Так что, если вы увидели что-то общее во всех наших фильмах, то это наша недоработка. Мы исправимся.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение